Овсепян жи гражданство в россии

Овсепян жи гражданство в россии

Издательство: Ай Пи Эр Медиа

Автор: Шапорева Д.С.

Год издания: 2019

Издательство: Вузовское образование

Автор: Хачатурян Б.Г., Шишкина Е.Б.

Год издания: 2018

Издательство: Вузовское образование

Автор: Хачатурян Б.Г.

Год издания: 2018

Издательство: Вузовское образование

Автор: Иналкаева К.С.

Год издания: 2018

Издательство: Российский государственный университет правосудия

Автор: Писарев А.Н.

Год издания: 2018

Автор: Лучин В.О., Эбзеев Б.С., Хазов Е.Н., Белоновский В.Н., Эриашвили Н.Д., Чихладзе Л.Т., Пряхина Т.М., Зинченко Е.Ю., Опалева А.А., Осавелюк А.М., Чепурнова Н.М., Прудников А.С., Саудаханов М.В., Чертов.

Овсепян жи гражданство в россии

Гражданство в России (общетеоретическое, историческое и конституционно-правовое исследование): монография / Овсепян Ж.И., — 2-е изд. — Ростов-на-Дону:Издательство ЮФУ, 2010. — 320 с. ISBN 978-5-9275-0662-0 — Режим доступа: http://znanium.com/catalog/product/555954

Монография представляет собой юридическое исследование вопросов гражданства, отличается высокой оригинальностью в части, касающейся научной правовой теории гражданства. Представляют интерес обстоятельные исторические сравнительные анализы законодательства о гражданстве России, осуществленные по множеству параметров. Особое внимание уделено действующему законодательству о гражданстве. Предназначена для профессоров, преподавателей, аспирантов и студентов вузов.

Электронный каталог библиотеки
ФГБОУ ВО МГППУ

  • Новые поступления
  • Простой поиск
  • Расширенный поиск
  • Помощь
  • Авторы
  • Издательства
  • Серии
  • Тезаурус (Рубрики)
  • Учебная литература:
    • Список дисциплин

Электронный каталог: Овсепян, Ж.И. — Гражданство в России

Овсепян, Ж.И. — Гражданство в России

Овсепян, Ж.И.
Гражданство в России : общетеоретическое, историческое и конституционно-правовое исследование / Ж.И. Овсепян. – Изд. 2-е. – Ростов-на-Дону : Издательство Южного федерального университета, 2010. – 320 с. – Режим доступа : http://biblioclub.ru/index.php?page=book&id=241068 . – На рус. яз. – ISBN 978-5-9275-0662-0.

Монография представляет собой юридическое исследование вопросов гражданства, отличается высокой оригинальностью в части, касающейся научной правовой теории гражданства. Представляют интерес обстоятельные исторические сравнительные анализы законодательства о гражданстве России, осуществленные по множеству параметров. Особое внимание уделено действующему законодательству о гражданстве. Предназначена для профессоров, преподавателей, аспирантов и студентов вузов.

Овсепян жи гражданство в россии

Южный Федеральный Университет

ул. Большая Садовая, 105/42

Государственная научная аттестация

Южный Федеральный Университет

Вы студент и еще не зарегистрированы? Регистрация

Овсепян Жанна Иосифовна

Д 212.208.26 — Заместитель председателя диссертационного совета

г. Ростов-на-Дону, ул. М.Горького, д. 88, к.213

Степень: доктор юридических наук

Образование и повышение квалификации:

    высшее образование: Ростовский государственный университет (ныне ЮФУ) ( — )

Дата начала общего стажа: 01.09.1981

Стаж по специальности (в годах): 36

Преподаваемые дисциплины:

  • Конституционное право РФ
  • Источники (формы) российского права
  • Конституционное судебное право и процесс
  • Развитие научной теории по конституционному и административному праву
  • Конституционное право зарубежных стран

Овсепян Ж.И. ; автор порядка 300 научных публикаций, в т.ч. 18 крупных монографий и учебных курсов. В ряду авторов-основателей доктрины российского конституционного судопроизводства; Автор первого в постсоветской российской юриспруденции монографического издания о конституционных судах в зарубежных странах и первой докторской диссертации по конституционному судопроизводству ; значимых для формирования соответствующего законодательства и практики РФ в сфере конституционного правосудия. Автор первых в России крупных общетеоретических исследований по теме «Государственно-правовое принуждение и конституционно-правовое принуждение как ее отраслевая правовая разновидность». Внесла большой вклад (в объеме монографических работ) в развитие научной политико-правовой теории и истории парламентаризма, теории юридической ответственности, теории и истории конституции, в исследования истории становления правовых основ системы высших органов власти (законодательной, исполнительной, судебной) федерального и регионального уровней (охвачен 100-летний период развития российского права); исследованы первые 10 лет развития правовых основ (несколько «волн» законодательства) конституционных и уставных судов субъектов РФ. Среди направлений научных исследований Овсепян Ж.И. также теория субъективного права, издана монография «Гражданство в России», которая также обеспечивает новое развитие научной юридической теории; Автор крупной монографии по теме «Формы (источники) российского права в период международной глобализации»; Ответственный редактор и соавтор одного из первых в РФ учебного пособия по Интернет-праву, Автор ряда научных статей и монографии, посвященных учению о суверенитете, Овсепян Ж.И. опубликовала в российских и зарубежных журналах цикл статей посвященных новому виду судопроизводства в РФ — административному судопроизводству, разработала соответствующую тему для Сборника коллегии адвокатов. Др. Овсепян Ж.И. ; Зам. Председателя Диссертационного Совета Южного федерального университета по специальности 12.00.02 «Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право». Научный руководитель и консультант 15 успешно защищенных кандидатских и докторской диссертации. Член редакционных коллегий четырех журналов из которых три-ВАКовских («Конституционное и муниципальное право»; «Журнал конституционного правосудия»; «Северо-Кавказский юридический вестник»; «Вестник юридического факультета ЮФУ»). Член экспертного Совета Комитета по делам Федеральной и региональной политики Совета Федерации Федерального Собрания РФ. Член Научно-консультативного Совета прокуратуры Ростовской области, Овсепян Ж.И. осуществляет сотрудничество с Юридической службой ВРНС и входит в состав создаваемой рабочей группы по правовым вопросам Совета Международной общественной организации «Всемирный Русский Народный Собор», Эксперт многих федеральных и региональных законопроектов, Автор проектов ряда региональных подзаконных актов. Участие в деятельности Экспертного совета при Правительстве Российской Федерации.
Овсепян Ж.И. имеет высокий индекс цитирования ;порядка 1600 единиц, в т.ч. индекс Хирша ; 13 единиц. Входит в сотню наиболее цитируемых российских авторов по политическим наукам.

К вопросу о государствоведческой концепции гражданства

Овсепян Ж.И., заведующая кафедрой государственного (конституционного) права юридического факультета Южного федерального университета, заведующая кафедрой конституционного и муниципального права юридического факультета Северо-Кавказской академии государственной службы, профессор, доктор юридических наук.

Одной из глобальных национальных идей России XXI в. является формирование российской нации как многоэтнической общности людей. В ряду факторов, обеспечивающих указанную национальную консолидацию, важное место занимает институт гражданства, что обусловливает актуальность многообразных его исследований, в том числе касающихся развития научной теории. Возможны два основных методологических подхода к формированию теории гражданства в правовой науке. С одной стороны, его исследование как публично-правовой категории, государствообразующего феномена, компонента признаков сущности и формы государства, с другой — необходимо учитывать, что гражданство — это категория, стоящая на стыке публичного и частного права, неразрывно связанная с конституционно-правовым статусом человека, субъективными правами. Последнее подтверждается, в частности, тем, что, как справедливо считают специалисты, гражданство имеет не только производный от государства, но и естественный характер. С.А. Авакьян формулирует эту позицию следующим образом: «Гражданство соответствующего государства является естественным состоянием для человека. Подавляющее большинство людей в мире обладает гражданством какого-то государства. Отсутствие гражданства, состояние безгражданства — скорее исключение, чем правило» .

Авакьян С.А. Россия: гражданство, иностранцы, внешняя миграция. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 20.

Систематизация и анализ научных концепций свидетельствуют, что в российской юриспруденции сложились три основных направления в исследовании понятия гражданства: 1) в контексте темы о государственном суверенитете, государственном самоопределении народов и территорий и о форме государства; 2) в динамическом (правореализационном) аспекте — как определенного метода (способа), формы построения взаимоотношений государства и человека (индивида); 3) в связи с анализом (исследованием) элементов правового статуса человека (индивида).

Объемы исследования в тех или иных из указанных направлений различны. В частности, в отличие от анализов гражданства в контексте вопросов о правовом статусе индивида, его правах и свободах либо, допустим, о правовой связи (правоотношении) лица с государством — более или менее развернутые научные исследования гражданства, выполненные в увязке с теорией формы государства, менее многочисленны и объемны, что и объясняет выбор государствоведческого аспекта исследования гражданства в рамках данной научной статьи.

Гражданство как государствообразующий феномен, показатель государственного самоопределения народов (наций) и территорий. Гражданство и государственный суверенитет

В российской юридической литературе различаются три основных государствоведческих аспекта в исследовании гражданства, характеризующие его связь: а) с государством в целом, государственной властью, формой государственного правления; б) с федеративным устройством государства, государственным суверенитетом; в) с разграничением предметов ведения и полномочий между различными уровнями власти в федеративном государстве.

На наш взгляд, для формирования единой научной концепции гражданства необходимо установить очередность, приоритет в последовательности научного познания. Первая очередь в исследованиях гражданства на основе государствоведческого методологического подхода, в качестве государствообразующего фактора (феномена) должна принадлежать его характеристике (исследованию) с позиций темы о структуре (составе) и иных признаках государства.

Как известно, согласно классической схеме государство — единство трех элементов. Любое государство складывается из территории, населения и власти. Это определение многие авторы в XX — XXI столетиях считают устаревшим. На наш взгляд, указанная дефиниция государства даже под бременем столетий не утрачивает своего теоретического значения, если под указанными тремя элементами понимать минимальные признаки государства. Оно немыслимо без каждой из трех его составляющих.

Другие статьи:  Статья 119 штраф

Так, оно немыслимо без народа, который является неотъемлемым элементом государства. При этом под народом понимается население, которое «консолидируется» в народ и «привязывается» к государству (публичной власти государства) через институты гражданства (подданства). Гражданство (подданство) является также условием (индикатором) установления «принадлежности» народа (каждого отдельного человека) данному государству. Оно есть предпосылка и показатель степени возможностей и способов участия народа в осуществлении функций публичной власти. В контексте указанных логических размышлений прежде всего и можно прийти к заключению, что гражданство — это государствообразующий феномен, важнейший показатель (критерий) наличия у того или иного политико-территориального образования государственного статуса.

Квалификация гражданства в качестве государствообразующего фактора (феномена) предполагает его исследования не только с позиций темы о структуре (составе) и иных признаках государства, но и в следующую очередь — в контексте вопросов о системе признаков такого элемента государства, как государственная власть. При этом методологическом подходе гражданство может быть определено одновременно в единстве трех измерений: как важнейший критерий наличия у того или иного политико-территориального (государственного) образования статуса суверена, как важнейший признак формы правления государства, как показатель формы государственного устройства, а также в качестве признака политического режима государства.

В научной теории и мировой практике государственного строительства вопрос о соотношении гражданства и государственного суверенитета является дискуссионным. Ставится проблема: всегда ли гражданство — показатель государственного суверенитета, возможно (целесообразно) ли гражданство несуверенного государства? Ответ на эти вопросы связан с научно-теоретической проблемой видов гражданства. Как государствообразующий феномен гражданство — это показатель институционализации той или иной территории и связанной с этой территорией (или проживающей на этой территории) политико-территориальной общности людей либо в форме государства — самостоятельного субъекта международного права, либо государства, государствоподобного образования, имеющего статус субъекта федерации. Поэтому следует различать два понятия гражданства — международно-правовое (общенациональное, общефедеративное) и внутригосударственное (субъекта федерации) и соответственно различать внешнее и внутреннее гражданство . С государственным суверенитетом идентично гражданство в международно-правовом его понимании, внешнее гражданство.

Соответствующая дифференциация гражданства принята в зарубежной науке. См. об этом: Черниченко С.В. Международно-правовые вопросы гражданства. М.: Изд-во «Международные отношения», 1968.

В контексте проблем институирования государства в системе международных связей вопросы гражданства выступают в неразрывном единстве с процессами утверждения государственного суверенитета, государственным самоопределением народов и территорий и имеют международно-правовой аспект своей значимости. Это заключение в более развернутом виде можно представить следующим образом. Согласно общепринятым международно-правовым представлениям гражданство (либо подданство) — это важнейший атрибут любого государства. Если нет гражданства (либо подданства), нет и оснований считать данное политико-территориальное образование государством.

В сравнении с пониманием в международно-правовом смысле дефиниции гражданства с позиций конституционного права неоднозначны. Относительно внутреннего гражданства вопрос о его идентичности государственному суверенитету вызывает дискуссии. Так, классическая теория федерализма исходит из того, что гражданство (либо подданство) является обязательным признаком государства, однако следует различать суверенные и несуверенные государства — входящие, допустим, в состав союзного (федеративного) государства (субъекты федерации), последние не всегда имеют собственное гражданство. Соответствующие теория и практика восходят еще ко временам одного из классиков мировой науки государствоведения и права, немецкого ученого Г. Еллинека.

В отличие от международно-правовой характеристики общенационального гражданства через категорию «государственный суверенитет», суть которой, как уже указывалось, заключается в утверждении, что уже само наличие гражданства есть свидетельство (показатель, выражение) государственного суверенитета, в конституционном праве XIX — XXI столетий государствоведческое направление в определении понятия гражданства в странах мира не всегда связано с полной идентификацией гражданства с государственным суверенитетом. В научной теории и практике государственного строительства указанного периода фактор гражданства, как правило, не ставится в корреляционную зависимость от государственного суверенитета, однако не исключается как государствообразующий феномен, являющийся неотъемлемым элементом статуса субъекта федерации в сложносоставном государстве.

Таким образом, в конституционно-правовом смысле гражданство — это не всегда показатель государственного суверенитета, но минимальное его свойство заключается в том, что гражданство — это важный (неотъемлемый) атрибут государства, показатель государственного самоопределения соответствующей политико-территориальной общности людей. Гражданство является более неотъемлемым элементом (признаком) государства, нежели государственный суверенитет, и свойственно как суверенному, так и несуверенному государству.

Гражданство как критерий формы государственного устройства

Исследования гражданства в высокой степени относятся к теме (институту) «Форма государственного устройства», т.е. к способу политико-территориальной организации государственной власти, характеризуют взаимоотношения государства в целом и отдельных его территорий. Наличие гражданства не только государства в целом (т.е. не только общенационального гражданства), но и гражданства отдельных территорий государства — это показатель сложносоставного по форме его политико-территориального устройства (федеративного) государственного образования. Поэтому тема гражданства в соответствующем ее аспекте изучается (исследуется) в увязке с проблемами федерализма и суверенитета, но уже не в международно-правовой, а в федеративной сфере проявлений последнего.

В отечественной науке, законодательстве и практике государственного строительства корреляция (соотношение) гражданства и государственного суверенитета во внутринациональном значении последнего в разные периоды истории проводилась различным образом.

Чаще в имеющихся научных работах из числа изданных в России в советский период государствоведческий аспект в исследовании понятия гражданства был подчинен обоснованию тех или иных концепций идентификации государственного суверенитета — его отождествления с определенным уровнем государственной власти в условиях федеративного государства; анализу соотношения полномочий Союза ССР, союзных и автономных республик в сфере решения вопросов гражданства; обсуждению проблемы о круге полномочий государственной власти в сфере гражданства, обеспечивающих ее суверенный статус, и некоторые др.

Соответствующие подходы были объяснимы, поскольку, как отмечал в свое время С.М. Равин: «Советское гражданство восприняло федеративную форму Советского государства» .

Равин С.М. Принцип федерализма в советском государственном праве. Л.: Изд-во ЛГУ, 1961. С. 23.

Характеристики понятия гражданства в контексте его взаимосвязи с государственным суверенитетом в научной литературе в СССР дифференцировались в зависимости от того, шла речь об общенациональном (общесоюзном) гражданстве либо о внутригосударственном гражданстве — субъектов Федерации — союзных и автономных республик, входивших в состав СССР. В юридической литературе советского периода давались следующие определения внутригосударственного гражданства в плане соотношения его с государственным суверенитетом и критерием государственной институционализации политико-территориального образования:

  • гражданство субъектов Федерации (союзных республик в СССР, имевших статус суверенных государств в составе суверенного Союза ССР) — это источник (инструмент) участия народа в осуществлении суверенной государственной власти;
  • гражданство субъектов Федерации (суверенных союзных республик в составе СССР) — это гарантия права союзной республики на выход из состава СССР, которое союзные республики имели согласно всем Конституциям СССР (с 1924 по 1977 г.). В работах ряда советских авторов указывалось, что «наличие республиканского гражданства служит обеспечению права союзных республик на выход из Союза, так как в случае такого выхода необходимым условием государственного существования является сохранение за нею ее населения» ;

Цитируется по книге: Шевцов В.С. Гражданство в Советском союзном государстве. М.: Юрид. лит., 1969. С. 51.

  • гражданство автономной республики характеризовалось как гарантия не государственного суверенитета (так как автономные республики СССР в отличие от ее союзных республик не признавались суверенными государствами), а в качестве гарантии национального суверенитета, квалифицировалось как «одно из важнейших государственно-правовых средств осуществления государственного самоопределения нации» .

Использованы материалы соответствующего обзора из книги: Шевцов В.С. Указ. соч. С. 54.

В списке работ российских авторов по государствоведческой тематике, где сравнительно наиболее развернуто осуществлен специальный анализ гражданства как атрибута федеративной формы устройства государства, особо следует отметить монографическое исследование В.С. Шевцова «Гражданство в Советском союзном государстве» (1969). Обратим внимание, что формулировка названия монографии создает впечатление, что автор в полном объеме намеревался посвятить свое произведение исследованию гражданства как института федеративного государственного устройства. Однако по содержанию работа в большем объеме представляет собой изложение авторской концепции гражданства как «специфически определенной правовой связи», в которой находятся лицо и государство, которая «служит основанием для того, чтобы на это лицо в полную меру могла распространяться юрисдикция данного государства» и которая является «предпосылкой для установления правового статуса гражданина» . И все же в связи с исследованием принципов советского гражданства В.С. Шевцов провел глубокое исследование «государствоведческого содержания» в характеристике понятия гражданства, связанное с исследованием федеративной формы государственного устройства.

Шевцов В.С. Указ. соч. С. 20 — 21.

Общетеоретическая дефиниция общенационального (общефедерального в сложносоставном государстве) гражданства в контексте его корреляции с государственным суверенитетом весьма глубоко сформулирована В.С. Шевцовым. Автор указывает на двойственный характер этой связи, в силу которой гражданство обусловлено государственным суверенитетом, а государственный суверенитет обусловлен гражданством. «Весь строй правовых отношений, общий правопорядок в государстве определяется суверенной государственной властью», соответственно «она. служит источником правоспособности органов государства, должностных лиц и граждан. В этом заключается один из основных суверенных признаков государственной власти — ее верховенство» .

Другие статьи:  Субсидия на ребенка инвалида

Но есть и обратная зависимость. В.С. Шевцов замечает: «Государственная власть, в свою очередь, может функционировать лишь при условии осуществления постоянной и устойчивой юрисдикции над гражданами и подданными. Уже в силу этого население всякого государства (как правило, граждане или подданные) образует естественную предпосылку функционирования государственной власти. По этой же причине гражданство является существеннейшим признаком самого государства. Следовательно, гражданство служит правовым средством не только выражения, но и осуществления государственного суверенитета» .

В.С. Шевцов формулирует эту же мысль более компактно. «Итак, — заключает автор, — можно выделить два основных аспекта в плане соотношения гражданства и государственного суверенитета. С одной стороны, государственная власть, устанавливая общий правопорядок в государстве, определяет и правовое положение своих граждан. Верховенство государственной власти осуществляется в данном случае посредством установления в государстве гражданства. С другой стороны, принадлежность к гражданству (в условиях демократического государства. — О.Ж.И.) предполагает участие граждан в осуществлении самой государственной власти, то есть в реализации государственного суверенитета» .

Другой аспект в характеристике понятия общенационального гражданства, формулируемого на основе его сопоставления с категорией «государственный суверенитет», связан с анализом объема государственных полномочий в сфере регулирования гражданства и решения вопросов гражданства. Из вышеприведенных определений В.С. Шевцова следует, что уже сам по себе факт наличия гражданства — это показатель государственного суверенитета. Соответствующее утверждение было справедливо для своего времени, когда в Союзе ССР формально (но не фактически) признавался суверенитет союзных республик в его составе, наряду с суверенитетом СССР в целом. В условиях однопартийного государства с авторитарным режимом, каким являлся СССР, можно было без опасений, что это создает угрозу развала (дезинтеграции) государства, и далее продолжать формальное декларирование суверенитетов и суверенных полномочий не только союзных республик, но и иных субъектов этой Федерации.

В России в отличие от СССР никогда не признавался суверенитет ее субъектов (за исключением непродолжительного периода со времени подписания Федеративного договора от 31 марта 1992 г. и до принятия Конституции РФ от 12 декабря 1993 г.). Поэтому в России, как и практически во всех зарубежных демократических федерациях, гражданство имманентно (неразрывно) связано только с общенациональным государственным суверенитетом. Отсюда вышеуказанное утверждение В.С. Шевцова о том, что уже само наличие гражданства — это показатель наличия государственного суверенитета, можно принять, если поставить перед собой цель дать международно-правовую интерпретацию гражданства либо его характеристику применительно к унитарному государству. Применительно же к демократическому федеративному государству дефиниция общенационального гражданства, увязанная с определением его значения для конституирования и осуществления (реализации) государственного суверенитета связана с фактором наличия у соответствующего уровня государственной власти (федерации, ее субъектов) предметов ведения и полномочий, посвященных регулированию гражданства и решению вопросов гражданства.

Гражданство приобретает свойство выражать и гарантировать суверенитет государства (государственной власти) только в том случае, если он сконструирован как государственно-правовой институт, состоящий не только из норм, вводящих (провозглашающих) гражданство, но и правоположений, устанавливающих суверенные полномочия соответствующего государства, его компетентных органов и должностных лиц принимать законодательство о гражданстве этого государства, «признавать за лицом гражданство этого государства, принимать в гражданство, разрешать выход из гражданства, лишать своего гражданства».

В.С. Шевцов также указывал, «что способность гражданства выражать и реализовать государственный суверенитет» неразрывно связана с полномочиями государства на решение вопросов гражданства. В.С. Шевцов справедливо писал: «Только само государство полномочно устанавливать, изменять или прекращать ту специфическую правовую связь между собою и лицом, которое именуется гражданством» . Однако из последующего изложения В.С. Шевцова следовало, что полномочия на решение вопросов гражданства следует признавать общим свойством любого государства — как суверенного, так и несуверенного. В связи с этим он предлагал расширить полномочия союзных республик (имевших конституционный статус суверенных государств в составе СССР) в сфере решения вопросов гражданства, а также предоставить полномочия по решению вопросов гражданства (признание, прием, выход из своего гражданства) автономным республикам в составе СССР (государственным образованиям, официально не признаваемым в качестве суверенных государств) .

Там же. С. 52.
См.: Там же. С. 53 — 54.

В Российской Федерации начала XXI столетия в соответствии с Конституцией РФ от 12 декабря 1993 г. и федеральным законодательством признается суверенитет только Федерации в целом и федеральное гражданство, а суверенитет республик официально не признается, но в научной теории и политологии целый ряд ученых высказываются за целесообразность признания ограниченного суверенитета республик в составе РФ — Л.М. Карапетян, Н.А. Михалева, Б.Н. Топорнин, Д. Тэпс, М.А. Фарукшин, В.А. Черепанов, Б.С. Эбзеев и некоторые другие. Так, В.А. Черепанов пишет, что «на территории Российской Федерации действуют и реализуются как суверенитет Федерации, так и суверенитет ее субъектов (республик), не исключая, а дополняя друг друга» .

Черепанов В.А. О суверенности субъекта РФ // Закон и право. 2003. N 9. С. 3, 4.

Большинство российских ученых, ссылаясь на преобладающие подходы в практике зарубежного государственного строительства, говорят о недопустимости признания суверенитета субъектов РФ. Конституционный Суд РФ в ряде своих решений (Постановление от 7 июня 2000 г., Определение от 27 июня 2000 г. и другие) сформулировал правовую позицию и подтвердил, что Конституция РФ 1993 г. «не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета помимо суверенитета Российской Федерации».

Тем не менее ряд государствоведов настаивают на введении каких-то «мягких» форм признания суверенитетов республик в составе РФ. Так, по мнению В.А. Черепанова: «Не исключены варианты употребления близких по семантике словосочетаний, например «суверенность», «суверенные права». При этом «под суверенитетом (суверенностью) субъекта РФ все чаще понимают полноту государственной власти субъекта РФ вне пределов действия верховной федеральной власти» .

Что касается гражданства субъектов РФ, то оно в федеральном законодательстве с 2002 г. не упоминается, но и не запрещается. В то же время до недавних пор в большинстве республиканских конституций содержались нормы о республиканском гражданстве. Однако полномочия республик в составе РФ в сфере регулирования вопросов республиканского гражданства ограничены, и есть тенденция к их дальнейшему сокращению.

Кроме того, в практике федерального государственного строительства в России делается попытка убедить республики в составе РФ отказаться от института республиканского гражданства, которые в ряде республик привели к полной либо частичной нуллификации института республиканского гражданства. Так, в российской юридической литературе указывается, что в Карачаево-Черкесской Республике в процессе изменений и дополнений ее Конституции от 5 марта 1996 г., внесенных Законом от 27 мая 2003 г., из текста полностью изъято упоминание о республиканском гражданстве: по всему тексту словосочетание «гражданин Карачаево-Черкесской Республики» было заменено на новое: «Гражданин Российской Федерации, проживающий на территории Карачаево-Черкесской Республики» .

Бекирова Ф.С. Конституционно-правовой статус Карачаево-Черкесской Республики как государства в составе Российской Федерации: Дис. . канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2006. С. 77.

Значительно сократилось число норм о республиканском гражданстве в Конституции Республики Кабардино-Балкария 1997 г. По этому поводу в научных исследованиях отмечается, что за восемь лет (с 1997 по 2005 г.) «гражданство республики, претерпев изменения, из конституционного института трансформировалось во фрагмент правовой действительности». Из Конституции исключены «положения о том, что КБР «имеет свое гражданство», исключена также ст. 64, в которой Республика гарантировала «своим гражданам защиту и покровительство», и ст. 65, согласно которой гражданин Республики «может иметь гражданство иностранного государства» . По оценкам исследователей, в Конституции Кабардино-Балкарии сохранилось лишь упоминание о понятии «гражданство Республики», однако фактически оно является не самостоятельным, а «производным», разновидностью гражданства Российской Федерации . В то же время в других республиках (Татарстан и др.) исходят из незыблемости утверждения, что институт республиканского гражданства является «важным компонентом конституционно-правового статуса республик» .

Мисрокова М. Коллизии законов о гражданстве РФ и республики в ее составе // Закон и право. 2005. N 6. С. 13 — 14.
См.: Там же.
Курашвили К.Т. Федеральная организация российского государства. М.: Компания «Спутник», 2000. С. 133.

Так, исключены упоминания о республиканском гражданстве из: Конституции Республики Адыгея (ред. от 29 июля 2002 г.), Конституции Республики Башкортостан (ред. от 3 декабря 2002 г.), Конституции Республики Дагестан (ред. от 10 июля 2003 г.), Конституции Республики Ингушетия (ред. от 1 августа 2001 г.), Конституции Республики Карелия (ред. от 5 июня 2006 г.), Конституции Республики Коми (ред. от 17 мая 2005 г.), Конституции (Основного Закона) Республики Саха (Якутия) (ред. от 25 апреля 2006 г.). В указанные Конституции взамен ранее содержавшихся понятий «гражданин Республики» введены иные: «каждый» либо «гражданин Российской Федерации». Конституция Кабардино-Балкарии (ред. от 12 июля 2006 г.) содержит употребление словосочетания «всех граждан Республики» лишь в преамбуле, в иных частях упоминание о республиканском гражданстве отсутствует.

Другие статьи:  Ликвидация юридического лица путем продажи

В Конституциях некоторых республик институт республиканского гражданства по-прежнему сохраняется (содержится): в Конституции Республики Татарстан (ред. от 26 апреля 2002 г., ст. 21), в Конституции Республики Тыва (ред. от 9 декабря 2006 г.), в Конституции Чеченской Республики (ред. от 23 марта 2003 г., ст. 29 — 30, 36, и др.). В Конституции Республики Тыва даже сформулировано определение понятия «республиканское гражданство»: гражданином Республики является «гражданин Российской Федерации, постоянно проживающий на территории Республики Тыва» (ст. 4). Таким образом, в постсоциалистический период в масштабах России государствоведческий аспект в исследованиях гражданства сводится уже к более узкой (но остро стоящей) проблеме.

В целом можно сделать общее заключение, что на начало XXI столетия в России, с одной стороны, ставится проблема объема предоставления республикам в ее составе полномочий в сфере решения вопросов гражданства. С другой — проблема формулируется более узко: признавать ли вообще «внутреннее гражданство» либо упразднить с учетом того, что республики в составе РФ не обладают суверенитетом? Должно ли гражданство в России быть выражением государственности субъектов федеративного государственного устройства?

По нашему мнению, при определении перспектив практики государственного строительства РФ в части сохранения (либо упразднения) гражданства республик в составе Российской Федерации должна учитываться зарубежная практика. Как свидетельствуют специалисты, в зарубежных федерациях также время от времени с большей или меньшей степенью остроты обсуждается вопрос о целесообразности сохранения «внутреннего гражданства — субъектов этих федераций наряду с общенациональным, общефедеральным гражданством, тем не менее, как отмечают российские ученые, во многих федеративных государствах каждый человек считается гражданином союза и одновременно — субъекта федерации (штата, провинции и т.д.). Приходящий к этому выводу профессор М.В. Баглай пишет: «Практическое значение такого положения обусловлено тем, что в федеративных государствах существует разделение компетенции между союзом и субъектами федерации, вследствие чего имеются некоторые различия в правовых нормах между субъектами одной и той же федерации (например, в определении подсудности, сферы действия налогового, семейного, уголовного законодательства и т.д.)» . Аналогично и в России практическая целесообразность российского гражданства находится в прямой зависимости от объема законодательных полномочий субъектов РФ, сферы ведения, позволяющей осуществлять оригинальное, отличное друг от друга законодательное воздействие по вопросам, находящимся за пределами компетенции федеральных органов государственной власти.

Баглай М.В. Гражданство в развитых и освободившихся странах. Понятие гражданства. В кн.: Конституционное право зарубежных стран / Под общ. ред. М.В. Баглая, Ю.И. Лейбо, Л.М. Энтина. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 79.

Гражданство как критерий формы государственного правления

Помимо того, что гражданство является критерием государственного самоопределения территорий и народов, показателем государственного суверенитета, оно характеризует также форму государственного правления. Иными словами, гражданство относится к институту «Форма государственного правления», т.е. способу организации высшей государственной власти. В плане его генезиса (истории возникновения), гражданство — показатель возможностей участия человека в формировании высшей власти, участия в ее деятельности, контроля над ней. Поэтому в соответствующем аспекте гражданство изучается (исследуется) в теме «Форма государственного правления».

В связи с характеристикой гражданства как показателя формы правления о нем можно сказать следующее. Гражданство исторически возникло как формальное выражение и способ построения взаимоотношений государства и человека при республиканской системе правления, в отличие от подданства — как формы отношений государства и человека в монархиях. «Исторически гражданство является порождением французской революции (XVIII в. — О.Ж.И.). В противовес концепции подданства как личной зависимости от монарха были выдвинуты концепции гражданина как лица, способного активно участвовать в политической жизни страны, и народа как общности равноправных граждан» .

Права человека: Учебник для вузов / Отв. ред. д.ю.н. Е.А. Лукашева. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2001. С. 104.

С.В. Черниченко, автор одной из наиболее крупных монографий по вопросам гражданства, изданной в советский период, отмечает по этому поводу: «В то время гражданство республиканской Франции означало обладание такими правами, которыми ни один подданный соседних монархических государств не мог обладать. В дальнейшем, после повсеместного утверждения буржуазного строя, различие между гражданством и подданством почти утратило свое значение, так как ряд монархических государств отказался от термина «подданство» (например, Бельгия, Дания)» . В других же странах, например в Великобритании, используются оба термина. «Английский Закон о гражданстве 1948 г. ставит знак равенства между британским подданным (British subject) и гражданином Содружества (citizen of the Commonwealth)» .

Черниченко С.В. Международно-правовые вопросы гражданства. М.: Международные отношения, 1968. С. 9.
Черниченко С.В. Указ. соч. С. 9 — 10.

Основываясь на вышеприведенных рассуждениях, С.В. Черниченко приходит к заключению: «Конечно, законодательство государств с республиканской формой правления не знает термина «подданство», но тем не менее утверждение, что гражданство означает принадлежность к государству с республиканской формой правления, а подданство — принадлежность к государству с монархической формой правления, будет ошибочным. Можно лишь говорить, что подданство — означает принадлежность к некоторым монархическим государствам и является устаревшим синонимом гражданства».

С этим выводом в полной мере согласиться нельзя, в противном случае современные монархии надо будет, руководствуясь подобной логикой, признать устаревшим аналогом республик.

По информации автора другого уже упоминавшегося крупного монографического произведения, изданного также в советский период, — В.С. Шевцова, в зарубежной («буржуазной» по терминологии тех лет) литературе середины XX в. в качестве критерия разграничения понятий «гражданство» и «подданство» называлась не форма правления, а связь физического лица с определенным правовым статусом . Анализируя зарубежную литературу 50 — 60-х годов XX в., В.С. Шевцов писал, что в ней «под гражданством часто понимается такое правовое состояние лица, которое характеризуется наличием публичной правоспособности. В отличие от гражданства с подданством не связывается публичная правоспособность» .

См.: Шевцов В.С. Указ. соч. С. 45.
Там же.

Однако уже в начале 90-х годов XX в. в связи с исследованием определений институтов гражданства и подданства в новом Законе Великобритании «О государственной принадлежности» (1981 г.) в российской литературе указывалось, что «термин «британские подданные» заметно утратил свое прежнее политическое значение» . Подданные в своем статусе во многом приравнены к гражданам. С.В. Черниченко также отмечал: «Ни одно государство — член Британского Содружества наций не считает гражданина любого другого члена Содружества иностранцем в полном смысле этого слова. В Англии, например, установлен облегченный порядок приема таких лиц в гражданство (путем регистрации, а не натурализации), на них не распространяются ограничения, налагаемые на иностранцев, они могут быть призваны на военную службу и т.д.» .

Боярс Ю.Р. Вопросы гражданства в международном праве. М.: Международные отношения, 1986. С. 46.
Черниченко С.В. Указ. соч. С. 45.

Очевидно, в зарубежной научной теории учитывается эволюция института подданства в законодательстве зарубежных стран, где соответствующий институт признается. Тем не менее «весьма распространена в зарубежной литературе точка зрения, согласно которой подданство служит как бы предпосылкой гражданства, т.е. всякий гражданин в своей обязанности быть лояльным к государству является подданным, кроме того, он обладает еще и особыми правами, присущими исключительно гражданину» .

Шевцов В.С. Указ. соч. С. 44.

В контексте истории его возникновения гражданство — это показатель не только формы правления, но и политического режима государства, поскольку оно отражает переход от абсолютной монархии и сопутствующего ей тоталитарного режима к буржуазно-демократическому режиму, к гражданскому обществу. Понятия «гражданин» и «гражданское общество» этимологически связаны. Согласно классическим представлениям граждане — это «свободные люди в свободном государстве — республике, сами решающие свои дела и управляющие собой. Подданный же — существо, как бы не принадлежащее себе, а подчиненное воле другого человека — монарха, причем не обычного человека, а «божества» или «полубожества», стоящего над всеми. Борьба за свободу в истории была зачастую и борьбой против королей, императоров, царей за республиканское правление, считавшееся по-настоящему демократическим» .

Авакьян С.А. Гражданство Российской Федерации. М., 1994. С. 5.

В завершение можно предложить следующий вывод. С учетом подходов к определению его концепции институт гражданства должен быть охарактеризован как самостоятельный, но специфический, «буферный» институт, сфера «сцепления», соединяющая два блока конституционно-правовых институтов: касающихся конституционно-правового устройства и статуса государства, его учреждений, с одной стороны, и правового положения населения (народа, общества), физических лиц — с другой. Последнее из направлений требует самостоятельного научного анализа.