Компенсация морального вреда в уголовном процессе

Вопросы компенсации морального вреда в уголовном праве и процессе

Уголовный Кодекс РФ содержит норму, связывающую определенные правовые последствия с возмещением морального вреда. Согласно УК РФ к числу обстоятельств, смягчающих наказание, относится добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления. Возмещение морального вреда в смысле Уголовного Кодекса РФ имеет некоторые особенности по сравнению с гражданско-правовым порядком компенсации морального вреда.

Так же как и в гражданском праве, содержанием понятия «моральный вред» в уголовном праве являются нравственные и физические страдания, перенесенные потерпевшим. Что касается возмещения морального вреда в уголовном праве, то здесь дело обстоит несколько сложнее. Поскольку имущественный ущерб поддается точной оценке, вынести суждение о его полном или частичном возмещении несложно ввиду стоимостной оценки как ущерба, так и его возмещения. Причем такую оценку может сделать сам преступник, добровольно возмещая имущественный ущерб. Моральный вред сам по себе не имеет стоимостного эквивалента, и компенсация его является денежной суммой, предназначенной сгладить негативное воздействие на психику потерпевшего, «вознаградить» за страдания, причиненные преступлением.

Определение размера компенсации отнесено законодателем к компетенции суда. Таким образом, размера компенсации морального вреда в точном смысле закона не существует до того момента, пока суд не определил этот размер. Отсюда следует, что лицо совершившее ДТП и (или) осужденное судом к определенной мере наказания добровольно возмещая моральный вред, не имеет представления о его действительном размере, т.е. о сумме компенсации, которая могла бы быть определена судом.

Имеет ли правовое значение для применения УК РФ действительный размер компенсации морального вреда? Представляется, что не имеет. Как следует из смысла УК РФ, возмещение морального вреда поставлено в один ряд с такими действиями, как оказание медицинской и иной помощи потерпевше му непосредственно после совершения ДТП, а также с совершением иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, т.е. для учета в качестве смягчающего обстоятельства.

Если по уголовному делу не предъявлен гражданский иск о компенсации морального вреда, определение размера компенсации не входит в обязанности суда. Тем более, что размер компенсации морального вреда не входит в предмет доказывания по уголовному делу, в отличие от размера имущественного ущерба. Доказыванию может подлежать лишь сам факт причинения морального вреда, а право потерпевшего на определенный размер компенсации порождается лишь судебным решением при рассмотрении иска о компенсации морального вреда. Этим определяется существенное различие в подходе судов к учету в качестве смягчающих наказание обстоятельств добровольного возмещения имущественного ущерба — с одной стороны, и компенсации морального вреда — с другой.

Размер причиненного имущественного ущерба входит в предмет доказывания по уголовному делу, и полнота устранения вредных последствий причиненного имущественного ущерба должна учитываться при определении наказания. В отношении возмещения морального вреда подобный подход неприменим. При отсутствии гражданского иска о компенсации морального вреда суду не следует решать вопросы о размере компенсации и, в любом случае, о полноте возмещения морального вреда.

Для учета в качестве смягчающего обстоятельства в этой части суду необходимо и достаточно установить совершение преступником действий, явно направленных на сглаживание, смягчение негативных последствий страданий, перенесенных потерпевшим.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Однако применительно к добровольному возмещению морального вреда в смысле УК РФ это условие необязательно. Такое возмещение может производится передачей имущества, а также совершением иных действий, направленных на сглаживание физических и нравственных страданий (например, уход за потерпевшим, травмированным в результате ДТП).

Следующее существенное обстоятельство, на которое следует обратить внимание — соотношение оснований гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда и условий применения статей УК РФ. Необходимыми условиями наступления гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда являются:

  • наличие морального вреда, т.е. физических или нравственных страданий потерпевшего;
  • противоправное действие причинителя вреда, нарушающее личные неимущественные права потерпевшего либо посягающее на принадлежащие ему другие нематериальные блага;
  • наличие причинной связи между противоправным действием и вредом;
  • вина причинителя вреда.

Таким образом, гражданский иск в уголовном деле о компенсации морального вреда может быть удовлетворен только в том случае, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права или посягающими на другие нематериальные блага потерпевшего. Право на компенсацию морального вреда, причиненного иными действиями, может возникнуть у потерпевшего лишь в случаях, специально предусмотренных законом (единственным примером такого закона в настоящее время является Закон РФ «О защите прав потребителей»).

В то же время вполне очевидно, что дорожно-транспортное происшествие, нарушающее любые права потерпевшего, причиняет ему нравственные страдания.

Отсутствие у потерпевшего права на компенсацию морального вреда не может оказывать отрицательного влияния на учет добровольного возмещения морального вреда в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Отказ в возбуждении уголовного дела не лишает потерпевшего права предъявить иск о компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Следует помнить также и другое неписанное правило — нет готовых правил («рецептов») на все случаи . Поэтому все указанные советы и рекомендации не могут быть взяты за первооснову поведения каждого конкретного участника ДТП, т. к. их множественность и многотипность делают каждое ДТП сугубо индивидуальным и не похожим на другое и их следует воспринимать с учетом специфических обстоятельств каждого конкретного ДТП.

Компенсация морального вреда в уголовном процессе

Согласно ч. 1 ст. 42 Уголовно – процессуального кодекса РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный или моральный вред.

Основание ответственности за причинение вреда является одним из вопросов при разрешении дел о компенсации морального вреда в уголовном процессе.

Моральный вред — это физические или нравственные страдания, которые претерпевал потерпевший в период совершения в отношении него преступления, но компенсация морального вреда определяется судом только в денежной форме.

Для возникновения права потерпевшего на получение компенсации морального вреда необходимо одновременно 4 условия:

— противоправное действие причинителя вреда,

— причинно — следственная связь между противоправным действием и причинением морального вреда,

-вина причинителя вреда.

Совокупность приведенных условий образует юридический состав, который является основанием для компенсации морального вреда.

Право на компенсацию морального вреда имеет только физическое лицо. Юридическое лицо не может претерпевать моральных страданий и не имеет право на компенсацию.

По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные ст. 42 Уголовно – процессуального кодекса РФ, переходят к одному из его близких родственников, указанных в ст. 5 Уголовно – процессуального кодекса РФ.

Компенсация морального вреда в уголовном процессе

Очевидно, что преступность и злоупотребление властью приносят огромный ущерб миллионам людей. К тому же часто причиняется не поддающийся учету моральный вред. Государство, в соответствии со ст. 52 Конституции РФ, обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба, а значит, и морального вреда.

Компенсация морального вреда — сравнительно новое понятие в современном праве. Ряд важных положений еще не урегулирован, но, тем не менее, суды уже принимают решения об удовлетворении исковых требований.

Что же такое моральный вред? В уголовном процессе под моральным вредом следует понимать причиненные гражданину преступлением физические, психические или нравственные страдания. Моральный вред — явление сложное, поэтому его подразделяют на несколько видов:

моральный вред «в чистом виде» (клевета, оскорбление); физический плюс моральный вред (причинение одновременно имущественного и морального вреда — кража, ст. 158 УК РФ и др.); имущественный плюс физический плюс моральный вред (в случае совершения грабежа (ст. 161 УК РФ), разбоя (ст. 162 УК РФ) и других преступлений).

Потерпевший, которому был нанесен моральный вред, имеет право на его компенсацию.

Пункт 4 ст. 42 УПК РФ закрепляет право потерпевшего на возмещение в денежном выражении причиненного ему морального вреда. Размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Под компенсацией в уголовном процессе понимается заглаживание, восполнение, возмещение в денежной или иной форме причиненного гражданину имущественного или физического ущерба, психического вреда или нравственных страданий.

Термин «компенсация» имеет более широкое толкование, нежели термин «возмещение», означающий «заменить что-нибудь недостающее или утраченное, возместить убытки, потерянное время», поэтому больше соответствует понятию морального вреда. Компенсация производится во всех без исключения случаях и является дополнительной мерой ответственности обвиняемого за совершенное деяние. Следует иметь в виду, что право на компенсацию морального вреда в уголовном процессе наступает при наличии обязательных следующих оснований:

неправомерности действий причинителя вреда;

причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом;

Обязательство компенсации возникает только при совокупности указанных обстоятельств. Существует несколько форм компенсации причиненного морального вреда:

возвращение предметов, признанных вещественными доказательствами, их владельцу,

выдача владельцу вещей, утраченных в результате преступления, — реституция;

компенсация морального вреда в денежном выражении;

заглаживание причиненного морального вреда — реальное восстановление нарушенных прав или возмещение в той или иной форме причиненного потерпевшему имущественного ущерба, морального и физического вреда;

деятельное раскаяние — добровольное возмещение материального ущерба, компенсация морального и физического вреда, заглаживание иным способом вреда, причиненного преступлением;

примирение потерпевшего с обвиняемым (ст. 76 УК РФ).

Что касается размеров компенсации морального вреда, то суд руководствуется критериями, установленными законом. К ним относятся степень и форма вины обвиняемого, характер и размер причиненного вреда, степень физических и нравственных страданий лица, которому причинен вред, личность обвиняемого, его материальное положение и иные заслуживающие внимания обстоятельства (ст. 151 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда по делам отдельных категорий, связанных с посягательством на жизнь и здоровье человека, суды различают четыре степени тяжести вреда здоровью, которые в той или иной мере влияют на размер компенсации морального вреда:

причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего;

причинение тяжкого вреда здоровью;

причинение средней тяжести вреда здоровью;

причинение легкого вреда здоровью.

Для каждого конкретного случая установлены определенные признаки. Разумеется, существуют и другие оценочные понятия, влияющие на определение размера компенсации морального вреда, — такие, как продолжительность расстройства здоровья (длительная или кратковременная), утрата трудоспособности, утрата профессиональной трудоспособности (значительная или незначительная), неизгладимые последствия (например, обезображивание лица и др.).

Несколько замечаний о том, что такое иск, ибо без него ни о какой компенсации не может быть и речи. Иск — это средство защиты через суд нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса. Гражданский иск в уголовном процессе — это требование лица, понесшего материальный, моральный или физический ущерб от преступления, к обвиняемому или иным лицам, указанным в законе, несущим материальную ответственность за действия обвиняемого. Иск может быть предъявлен с момента возбуждения уголовного дела до начала судебного разбирательства в форме искового заявления, ходатайства, письменного или устного заявления. Гражданский иск о компенсации морального вреда может быть совмещен с гражданским иском о возмещении материального ущерба от преступления. Предъявить иск может как лицо, понесшее вред, так и его законный представитель, родные и близкие потерпевшего, гражданский истец, прокурор. Основаниями для предъявления гражданского иска о компенсации морального вреда служат преступления, причинение материального, физического и собственно морального вреда (в чистом виде). Заметим, что гражданский иск о компенсации морального вреда в уголовном судопроизводстве не облагается государственной пошлиной и рассматривается одновременно с уголовным делом. Кроме того, обязанность доказывания морального вреда, его характера и размера возложена на орган, осуществляющий производство по делу.

Решение о компенсации морального вреда оформляется приговором, который выносит суд первой инстанции. Суд вправе удовлетворить иск полностью (взыскать всю сумму, указанную в исковом заявлении), частично (отказать в части иска, указав основания принятого решения), отказать в удовлетворении иска вообще.

Предположим, иск удовлетворен — что дальше? После вступления приговора в законную силу выписывается исполнительный лист, который направляется непосредственному исполнителю — судебному приставу, работающему с документами. Исполнительный лист, как правило, направляется по месту нахождения имущества осужденного. В случаях, если имущество отсутствует, исполнительный лист поступает на место отбывания наказания осужденным (при вынесении приговора, связанного с лишением свободы).

При солидарной ответственности за компенсацию морального вреда исполнительные документы выписываются по числу должников. В каждом исполнительном листе указывается полная сумма, подлежащая возмещению. Судебный пристав заводит сводное производство, которое ведется до полного погашения иска.

В целом исполнение приговора в части компенсации морального вреда должно строиться на принципах законности, целесообразности, а также гуманности и справедливости.

И последнее, о чем хотелось бы сказать. В соответствии с законодательством суды не вправе уклоняться от разрешения гражданского иска о компенсации морального вреда при рассмотрении уголовного дела, если доказан факт причинения вреда и установлен его размер.

При необходимости, произведя дополнительные, связанные с гражданским иском, расчеты, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (п. 2 ст. 310 УПК РСФСР, п. 2 ст. 309 УПК РФ).

В случаях неудовлетворения иска истец вправе обжаловать решение суда и добиваться исполнения своих законных интересов в рамках уголовного судопроизводства при рассмотрении дела судом второй (кассационной) или надзорной инстанции, а также при повторном рассмотрении уголовного дела.

Возмещение потерпевшему морального и материального вреда, причиненного преступлением

Пострадавший от преступления при наличии оснований полагать, что непосредственно преступлением ему причинен вред, вправе предъявить требование о возмещении имущественного и морального вреда. Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя.

Гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины.

Признание лица, предъявившего при производстве по уголовному делу требование о возмещении имущественного вреда или имущественной компенсации морального вреда, гражданским истцом осуществляется при наличии оснований полагать, что указанный вред причинен преступлением.

Другие статьи:  Исковое заявление к росгосстрах образец

Требование о возмещении материального ущерба или компенсации морального вреда, причиненного преступлением, может быть рассмотрено и в порядке гражданского судопроизводства. Целесообразность рассмотрения гражданского иска в уголовном деле обусловливается тем, что установление размера ущерба имеет не только гражданско-правовое, но и уголовно-правовое значение, так как в числе обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, закон называет характер и размер вреда, причиненного преступлением (п.4 ч.1 ст. 73 УПК).

Учитывая, что государственные органы, осуществляющие производство по уголовному делу, обязаны обеспечить потерпевшему возмещение имущественного и (или) компенсацию морального вреда, причиненного преступлением (ч.3 и 4 ст.42 УПК), следователь, установив наличие вреда, причиненного преступлением физическому или юридическому лицу, обязан разъяснить им право на предъявление гражданского иска при производстве по уголовному делу.

Если исковое заявление поступило, следователь принимает решение о признании лица гражданским истцом (или об отказе в этом).

Гражданский истец вправе ходатайствовать о принятии мер по обеспечению гражданского иска. В ст.230 УПК РФ указано, что судья по ходатайству потерпевшего, гражданского истца или их представителей либо прокурора вправе вынести постановление о принятии мер по обеспечению возмещения причиненного преступлением вреда. Обеспечение возмещения причиненного вреда состоит в наложении ареста на имущество: подозреваемого, обвиняемого или иных лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия (ч.1 ст. 115 УПК РФ). Действующий УПК РФ определил и сущность наложения ареста на имущество, которая состоит в запрете собственнику и владельцу имущества распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение (ч. 2 ст. 115 УПК РФ).

Гражданский истец должен способствовать органам расследования и суду в собирании доказательств относительно гражданского иска. Обеспечивая эту возможность, уголовно- процессуальный закон предоставляет гражданскому истцу широкий круг процессуальных прав на предварительном следствии (дознании) и в суде (ч. 4 ст. 44 УПК РФ). В их числе право: знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием; участвовать с разрешения следователя (дознавателя) в следственных действиях; знакомиться по окончании расследования с материалами дела, относящимися к иску, и выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме; знать о принятых решениях, затрагивающих его интересы, и получать копии процессуальных решений, относящихся к иску; участвовать в рассмотрении дела судом первой и апелляционной инстанций; выступать в судебных прениях для обоснования гражданского иска; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда; обжаловать приговор, определение и постановление суда в части гражданского иска и др.

Согласно п.5 ст.228 УПК при подготовке к судебному заседанию судья обязан выяснить, приняты ли меры по обеспечению возмещения материального ущерба, причиненного преступлением. Если органами расследования такие меры не были приняты, судья выясняет, поступали ли заявления и просьбы заинтересованных лиц. В этой стадии меры обеспечения гражданского иска могут быть приняты по ходатайствам потерпевшего, гражданского истца или их представителей либо прокурора (ст. 230 УПК РФ).

В судебном разбирательстве участвуют гражданский истец, гражданский ответчик и (или) их представители. При неявке гражданского истца или его представителя суд оставляет гражданский иск без рассмотрения — в этом случае за потерпевшим сохраняется право предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства. Однако суд вправе рассмотреть гражданский иск в отсутствие гражданского истца, если: а) об этом ходатайствует гражданский истец или его представитель; б) гражданский иск поддерживает прокурор; в) подсудимый полностью согласен с предъявленным гражданским иском (ст. 250 УПК РФ).

Гражданский иск разрешается, как правило, в приговоре. При вынесении обвинительного приговора суд в зависимости от доказанности оснований и размеров гражданского иска удовлетворяет предъявленный иск полностью или частично или отказывает в его удовлетворении. Если материальный ущерб причинен подсудимым совместно с другим лицом, в отношении которого дело было выделено в отдельное производство, суд в этом случае возлагает обязанность по возмещению ущерба в полном размере на подсудимого. При вынесении в последующем обвинительного приговора в отношении лица, дело о котором было выделено в отдельное производство, суд вправе возложить на него обязанность возместить ущерб солидарно с ранее осужденным.

При постановлении оправдательного приговора, вынесении постановления или определения о прекращении уго­ловного дела по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ(ввиду отсутствия события преступления) и п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ (ввиду непричастности подсудимого к совершению преступления), суд отказывает в удовлетворении гражданского иска. В остальных случаях при оправдании подсудимого или прекращении уголовного дела суд оставляет гражданский иск без рассмотрения. Это не препятствует последующему его предъявлению и рассмотре­нию в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 306 УПК РФ).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 29.06.1996 № 1 «О судебном приговоре» разъяснил, что лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, вправе также предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда, которая в соответствии с законом осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. При разрешении подобного рода исков следует руководствоваться положениями ст.ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального время необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степень вины подсудимого, его материальное положение.

В соответствии со ст.389.1 УПК РФ гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе обжаловать в апелляционном порядке приговор и другие акты суда первой инстанции в части, касающейся гражданского иска.

Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве Сухаревский Иван Александрович

Данный автореферат диссертации должен поступить в библиотеки в ближайшее время
Уведомить о поступлении

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — 240 руб., доставка 1-3 часа, с 10-19 (Московское время), кроме воскресенья

Сухаревский Иван Александрович. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.09 : Краснодар, 2003 171 c. РГБ ОД, 61:03-12/962-4

Содержание к диссертации

Глава I. Понятие морального вреда и история развития законодательства о его компенсации

1. История развития представлений и законодательства о компенсации морального вреда, причиненного преступлением

2. Уголовно-процессуальное понятие «моральный вред» 24

Глава 2. Субъекты компенсации морального вреда в уголовном судопроизводстве 38

1. Гражданские истцы по требованиям о компенсации морального вреда 38

2. Лица, привлекаемые в качестве гражданских ответчиков по искам о компенсации морального вреда 55

Глава 3. Доказывание морального вреда и его размера в уголовном деле 79

1. Доказывание гражданского иска о компенсации морального вреда в стадии предварительного расследования 79

2. Цель присуждения денежной компенсации за моральный вред, причиненный преступлением 100

3. Разрешение в приговоре вопроса о размере денежной компенсации за причиненный преступлением моральный вред 107

Глава 4. Компенсация морального вреда, причиненного не законными действиями правоохранительных органов, в по рядке реабилитации гражданина 136

Приложение 1 160

Приложение 2 161

Приложение 3 162

Приложение 4 163

Введение к работе

Актуальность темы исследования. В современном цивилизованном демократическом обществе права человека имеют первостепенное значение. В связи с этим УПК РФ дает новую трактовку задач уголовного судопроизводства. Раскрывая его назначение, в статье 6 УПК РФ говорится о защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и о защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод. Таким образом, впервые Россия получила возможность создания современной цивилизованной уголовной юстиции, для которой человек, его права и свободы являются высшей ценностью (ст. 2 Конституции РФ). Однако эта возможность только тогда превратится в действительность, когда законодательство и практика его применения в сфере расследования и разрешения уголовных дел будут обеспечивать неукоснительное соблюдение и защиту прав каждого от преступления или злоупотребления властью (ст. 52 Конституции РФ). В связи с этим требует разработки такой способ защиты личных (неимущественных) прав гражданина в уголовном процессе как компенсация морального вреда, причиненного преступлением или незаконными действиями правоохранительных органов. Очевидно, что разработка данного способа должна учитывать специфику российской действительности и достижения мировой цивилизации в уголовном судопроизводстве.

Вопросы компенсации морального вреда исследовались в работах дореволюционных ученых: А.С. Беляцкина, Г. Вербловского, Я.К. Городыского, П.Н. Гуссаковского, Б.М. Овчинникова, И.С. Петражицкого, А. Пестрежецкого, Д.Г. Тальберга, Л. Тауберга, И.Я. Фойницкого, Г.Ф. Шершеневича и др. Вопросы морального вреда и его компенсации в уголовном процессе в той или иной мере нашли отражение в работах С.А. Александрова, В.П. Божьева, В.А. Дубривного, П.П. Гуреева, В.Г. Даева, 3.3. Зинатуллина, В.М. Жуйкова, Л.Д. Кокорева, Н.П. Кузнецова, Ю.А. Ляхова, А.Г. Мазалова, Т.Н. Москальковой, В.Я. Понарина, Р.Д. Рахунова, В.М. Савицкого, И.И. Потеружи, А.А. Хмырова, М.П. Шешукова, A.M. Эрделевского, В.Ю. Юрченко, П.С. Яни и др.

В частности, компенсации морального вреда в уголовном процессе посвящены кандидатские диссертации Н.В. Кузнецовой «Проблемы компенсации морального вреда в уголовном процессе» (Ижевск, 1997), Л.К. Труновой «Гражданский иск о компенсации морального вреда в уголовном судопроизводстве» (Москва, 1999), В.В. Хатуаевой «Проблемы возмещения морального вреда в уголовном процессе России» (Волгоград, 2000), а также монография СВ. Нарижного «Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве России» (Москва-С.-Петербург, 2001). Однако основные усилия ученых были направлены главным образом на исследование условий и оснований ответственности за моральный вред, выработку критериев определения размеров компенсации. Это свидетельствует о том, что предметом исследований является лишь одна часть проблемы, связанная с

защитой прав личности. До сих пор нуждаются в глубоком научном исследовании основные вопросы темы, такие как: понятие, сущность, содержание морального вреда; цель, формы, порядок и размер его компенсации; обеспечение баланса (уравнивания) прав потерпевшего вред от преступления с правами и интересами обвиняемого, гражданского ответчика. Все это составные части института защиты прав потерпевших вред от преступлений и злоупотреблений властью. Разрешению данного комплекса научных проблем и посвящена настоящая диссертация.

Объектом исследования является моральный вред (психические страдания), причиненный преступлением или злоупотреблением властью, как основание для его денежной компенсации в уголовном процессе. Предметом исследования являются особенности законодательного регулирования защиты прав лица, потерпевшего моральный вред, и практика его применения при расследовании и разрешении уголовного дела.

Цели и задачи исследования. Недостаточная разработанность темы предопределила цель и задачи ее исследования. Автор поставил перед собой цель показать, что компенсация морального вреда является составной и наиболее важной частью института защиты прав потерпевших вред от преступлений и злоупотреблений властью, но в то же время защита прав потерпевшего должна обеспечиваться балансом (уравниванием) с правами и интересами обвиняемого, гражданского ответчика.

В соответствии с этим в диссертации поставлены и решаются следующие задачи.

Раскрытие понятия и выявление содержания морального вреда.

Обоснование необходимости теоретического и практического исследования проблемы причинения морального вреда в качестве основания для признания лица потерпевшим в уголовном процессе и как основания для его денежной компенсации.

Обоснование значимости самостоятельного исследования проблем компенсации морального вреда как самоценного компонента реабилитации лица, необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Раскрытие субъектного состава компенсации морального вреда в уголовном процессе и обоснование необходимости введения государственной компенсации морального вреда.

Анализ конкретных целей, средств, форм компенсации морального вреда и методов обоснования размера его денежной компенсации для обеспечения реализации баланса (уравнивания) интересов потерпевшего и прав и интересов обвиняемого, гражданского ответчика.

Методологической основой диссертации являются диалектический метод научного познания, общенаучные и частные научные методы. В числе общих методов научного познания в диссертации использованы: эмпирический, логический, сравнительный, статистический, системно-структурный. В ходе исследования применялись частные научные методы: правовое моделирование, интервьюирование, анкетирование, опросы.

Нормативной базой исследования является Конституция РФ,

уголовно-процессуальное законодательство РФ и РСФСР, а в ряде случаев -уголовное и гражданское законодательство РФ, проекты ряда законодательных актов, относящихся к теме исследования, а также отдельные международно-правовые документы.

Теоретическую базу исследования составили труды отечественных и зарубежных ученых-процессуалистов и цивилистов, посвященные проблемам компенсации морального вреда и зашиты прав потерпевшего, труды по юридической и общей психологии.

Эмпирической основой настоящей работы послужили: опубликованная практика по конкретным уголовным делам Верховного Суда РФ; данные опубликованной статистики по вопросам темы диссертации. Автором проанализировано более 350 уголовных дел из практики районных судов Ростовской области за период 1997-2002 годов. В работе использованы результаты анкетирования в 2002 году следователей районных прокуратур города Ростова-на-Дону и прокуратуры Ростовской области (всего 57 человек).

Научная новизна результатов исследования определяется, прежде всего, недостаточной разработанностью самой темы. Диссертация представляет первый опыт комплексного специального правового исследования института компенсации морального вреда на базе недавно принятого Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вследствие этого целый ряд проблем впервые поставлен и решается в настоящей работе.

В работе определены исходные теоретические положения, с учетом которых должно формулироваться научно обоснованное понятие морального вреда в уголовном процессе.

На основе анализа законотворческой деятельности государства в сфере уголовного судопроизводства в диссертации поставлена и решена проблема о соотношении морального вреда как основания для признания лица потерпевшим и в качестве условия для денежной компенсации.

Результатом анализа субъектов компенсации морального вреда в уголовном судопроизводстве явился вывод диссертанта о необходимости государственной компенсации морального вреда.

В диссертации показана несостоятельность устоявшегося в науке взгляда на институт компенсации морального вреда только как на средство защиты прав потерпевшего и намечены основные пути обеспечения баланса (уравнивания) прав потерпевшего на компенсацию морального вреда в полном объеме и обязанности обвиняемого, гражданского ответчика нести имущественную ответственность соразмерно причиненному вреду.

5. В диссертации обоснована теоретическая и практическая необходимость самостоятельного исследования компенсации морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, как компонента реабилитации лица, необоснованно подвергнутого уголовному преследованию. Показана необходимость регулирования компенсации морального вреда в этих случаях нормами Уголовно-процессуального

Основные положения диссертации, выносимые на защиту.

1. Понятие морального вреда, причиненного преступлением, как
физических и нравственных страданий нуждается в уточнении, т.к.
физические страдания (боль, неблагоприятные ощущения) полностью
охватываются категорией вреда здоровью или физического вреда. Под
моральным вредом в уголовном процессе следует понимать исключительно
нравственные страдания, т.е. нарушающие психическое благополучие
личности отрицательные эмоциональные переживания.

Получение доказательств о факте причинения человеку преступным посягательством отрицательных эмоциональных переживаний должно влечь за собой появление в уголовном деле потерпевшего. В соответствии с этим часть 1 статьи 42 УПК РФ предлагается изложить в следующей редакции: «При наличии достаточных оснований полагать, что лицу преступлением или общественно-опасным деянием невменяемого причинен физический, имущественный, моральный вред или вред деловой репутации, оно признается потерпевшим в установленном настоящим Кодексом порядке».

Другие статьи:  Завещание исковое заявление

Психическое содержание морального вреда означает, что моральный вред может явиться результатом преступного посягательства не только на нематериальные блага, но и на имущественные права. Таким образом, если результат преступления, независимо от его квалификации, отражается на психическом благополучии личности, то он во всех случаях предъявления требования о его компенсации должен считаться основанием для признания лица гражданским истцом в уголовном деле.

Доказательства о причинении морального вреда должны оцениваться по результатам воздействия преступного посягательства на психическое благополучие личности. При этом должны оцениваться степень субъективной значимости для потерпевшего факта преступления или общественно-опасного деяния невменяемого, а также существование определенных индивидуальных особенностей у данной личности, предопределяющих существенное значение преступления или общественно-опасного деяния невменяемого для структуры личности потерпевшего, картины его жизненного пути.

5. Процессуальные статусы обвиняемого и гражданского ответчика
различны и не должны смешиваться, поэтому в качестве гражданского
ответчика должно привлекаться только лицо, не являющееся причинителем
вреда, но обязанное возместить причиненный вред в силу прямого указания
закона. В связи с этим первое предложение части 1 статьи 54 УПК РФ
предлагается изменить, изложив его в следующей редакции: «В качестве
ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, не
являющееся причинителем вреда, но на которое Гражданским кодексом
Российской Федерации возложена обязанность возмещения причиненного
вреда».

Рассмотрение гражданского иска о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного общественно-опасным деянием невменяемого должно проводиться в рамках уголовного судопроизводства в порядке производства о применении принудительных мер медицинского характера (глава 51 УПК РФ).

Применительно к доказыванию факта причинения морального вреда следует говорить не об установлении размера такого вреда, а о влиянии последствий преступления или общественно-опасного деяния невменяемого на личность и жизнедеятельность потерпевшего, то есть подлежит установлению степень (интенсивность) страдания лица. Поэтому предлагается пункт 4 части 1 статьи 73, пункт 4 части 2 статьи 434 УПК РФ изложить в следующей редакции: «При производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: 4) характер причиненного вреда, размер материального ущерба и (или) степень вреда, причиненного здоровью, или морального вреда».

Порядок компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате необоснованного уголовного преследования и (или) осуждения, должен регулироваться нормами УПК РФ. Защите прав личности не соответствует существующее положение дел, когда реабилитированный гражданин, незаконно пострадавший в процессе производства по уголовному делу, обязан доказывать в условиях гражданско-правового спора и обстоятельства причинения, и размер компенсации морального вреда (часть 2 статьи 136 УПК РФ).

9. Определение в порядке реабилитации гражданина размера денежной компенсации морального вреда, причиненного лицу, необоснованно подвергшемуся уголовному преследованию, должно осуществляться путем установления УПК РФ конкретных денежных сумм применительно к минимальному размеру оплаты труда, установленному федеральным законом.

Теоретическое и практическое значение исследования состоит в том, что проведенные обобщения научных идей и взглядов, выводы диссертанта позволяют создать целостную картину эволюции института компенсации морального вреда в уголовном судопроизводстве. Они восполняют пробел, существующий в науке уголовного процесса, в частности, о становлении и развитии данного института. Выводы и предложения, сформулированные в диссертации, могут быть использованы как для совершенствования уголовно-процессуального законодательства, так и для совершенствования правоприменительной деятельности в сфере расследования и разрешения уголовных дел, а также для преподавания курса уголовного процесса в учебных заведениях.

Апробация работы. Диссертация подготовлена на кафедре

уголовного процесса и криминалистики Ростовского государственного университета, где проводилось ее рецензирование и обсуждение. Основные положения и выводы, содержащиеся в диссертации, излагались в виде выступлений на научно-практических конференциях. Сформулированные в

работе идеи отражены в пяти научных публикациях. Материалы исследования используются при преподавании дисциплин «Уголовный процесс РФ» и «Криминалистика» на кафедре уголовного процесса и криминалистики Ростовского государственного университета.

История развития представлений и законодательства о компенсации морального вреда, причиненного преступлением

Сама идея компенсации причиненных преступлением потерпевшему душевных страданий в уголовном судопроизводстве связана с принципом гуманизма, т.е. признания за личностью и ее личными благами и правами высшей ценности. Как следствие этого, законодатель признает за потерпевшим право на удовлетворение своего частного интереса, заключающегося в данном случае в получении приватной компенсации за причиненные преступлением страдания.

История российского уголовного судопроизводства не позволяет утверждать о полном игнорировании интересов потерпевшего. Как отмечает Бе-ляцкин А.С.: «Прошлое России не дает основания думать, будто частные лица могли домогаться в судах возмещения одного лишь имущественного вреда. Убийство, увечье, обиды с давних пор давали потерпевшему право искать в свою пользу денежное вознаграждение с делинквента за чисто идеальный вред».1 Однако русское феодальное право (право привилегии), предписывающее имущественные наказания за посягательства на неимущественные блага личности, нельзя рассматривать, как полагают СВ. Нарижний, С.С. Шевчук, Е.Ю. Турецкий, в качестве аналога института компенсации морального вреда.2 Установленные нормами Русской Правды, Судебников 1497 и 1550 г.г., Соборного Уложения 1669 г. и других законодательных актов имущественные выплаты зависели прежде всего от социального (сословного) положения потерпевшего. А.С. Беляцкин справедливо называет эти денежные выплаты «таблицами и таксами». И далее замечает: «Пусть эти таблицы и таксы произвольны, но они устанавливают известный внешний порядок, внешнюю градацию».4 Иными словами, присуждение потерпевшему того или иного денежного вознаграждения за нанесенный преступлением неимущественный вред преследовало в основном публичный интерес защиты сословных привилегий.

Поэтому после судебной реформы 60-х годов XIX века принцип возмещения причиненного потерпевшему преступлением неимущественного вреда стали не перестраивать, как ошибочно утверждал Беляцкин А.С.,3 а создавать вновь, основываясь на идеях отмены сословных привилегий, строгого разграничения гражданско-правовой и уголовной ответственности, свободной оценки доказательств судом по внутреннему убеждению.

И, безусловно, действующие в этот период нормы ст.ст. 667 — 670 т. X ч. 1 Свода законов гражданских 21 марта 1851 года вызвали острейшую критику. Как писал Г.Ф. Шершеневич: «Особый способ вознаграждения установлен за личную обиду. Личное оскорбление не допускает никакой имущественной оценки, потому что оно причиняет нравственный, а не имущественный вред, если только оно не отражается косвенно на материальных интересах, например, на кредите оскорбленного (т. X ч. 1 ст. 670). Помимо последнего случая, личное оскорбление, можно преследовать только в уголовном порядке, требуя наказания виновного. Но закон наш, наряду с уголовным удовлетворением, предоставляет на выбор потерпевшему право требовать в свою пользу пени, являющейся остатком того времени, когда все наказания носили частный характер. Размер пени или так называемого бесчестья, смотря по состоянию или званию обиженного и по особым отношениям обидчика к обиженному, не превышает 50 рублей. Преследование в гражданском порядке несовместимо с преследованием в уголовном. Здесь-то с наглядностью выступает нецелесообразность принципа возмещения так называемого нравственного вреда материальными средствами. Разве какой-нибудь порядочный человек позволит себе воспользоваться ст. 670 для того, чтобы ценой собственного достоинства получить мнимое возмещение? Разве закон этот не стоит препятствием на пути укрепления в каждом человеке уважения к личности, поддерживая в малосостоятельных лицах, например, лакеях при ресторанах, надежду «сорвать» некоторую сумму денег за поступки богатого купчика, которые должны были бы возбудить оскорбление нравственных чувств и заставить испытать именно нравственный вред. Отмена такого закона была бы крупным шагом вперед.»

Сохранение положений норм ст.ст. 667-670 т. X ч. 1 Свода законов гражданских стало практически невозможно после слов составителей проекта уголовного уложения: «Само понятие об охране личности, ее нравственного достоинства от презрительного обхождения, обесславления несовместимо с возможностью выкупа оскорбления уплатой нескольких рублей тому лицу, которое претендует на то, что оно унижено и оскорблено. Как справедливо заметили составители мирового устава, из права требовать выплаты бесчестья извлекают пользу лишь люди, напрашивающиеся на обиды, торгующие честью, а поощрять промысел подобного рода не в интересах государства (Объяснения, т. VI, стр.688).»

Однако указанные нормы сохранились до революции 1917 года, но как отмечал Я.К.Городыский: «В настоящее время (1900 — И.С.) изображенное в ст. 667 т. X ч. 1 Свода законов гражданских правило не применяется в практике, потому что, во-первых, максимум вознаграждения составляет сравнительно незначительную сумму, и, во-вторых, судьи, памятуя весьма метко высказанную составителями устава о наказаниях характеристику лиц, которые требуют денежного вознаграждения за обиду, как людей, «торгующих честью», всегда проявляют весьма заметную склонность определять его вознаграждение в минимальном размере, вследствие чего обиженный, получая рубль бесчестья, обыкновенно уходит из суда сконфуженным.»1

Таким образом, непринятие норм ст. ст. 667-670 т. X ч. 1 Свода законов гражданских обусловлено вовсе не тем, как ошибочно полагает A.M. Эрде-левский, что для российского дворянина было естественно отреагировать на оскорбление вызовом «к барьеру», но не требованием о выплате денежной компенсации — подобный образ действий и мышления был допустим лишь для «подлого» сословия. Данные архаичные нормы не вызывали почтения и в простом народе, так что сложилась даже пословица: «Рожу бить, за бесчестье платить».3 По нашему мнению, необходимость реформирования института защиты неимущественных прав и благ личности обусловлена поиском наилучшего способа компенсации личности за причиненные ей страдания.

В целом российское дореволюционное законодательство придерживалось принципа вознаградимости лишь материального вреда и отказа от судебной денежной оценки психических страданий. Однако А. Пестрежецкий, опираясь на практику французских судов, часто принимающих в расчет нематериальный вред и обращающих его в деньги, присуждаемые в виде вознаграждения, ставит вопрос: почему право должно воздействовать только на имущественный вред? По мнению указанного ученого, моральный и имущественный вред, душевное и телесное уязвление здесь тесно между собой связаны, а посему не должно разделять или искусственно разлагать того, что в действительной жизни представляется единым и что по чувству справедливости, присущему всем людям, соответствует в своей нераздельности понятию о полноте удовлетворения. Конечно, деньги никогда не могут быть верным эквивалентом таких правонарушений, и вознаграждение, заключающееся в деньгах, всегда будет неполным удовлетворением. Но судья не имеет в своем распоряжении ничего другого, что он мог бы дать обиженному в удовлетворение, и потому лучше дать что-нибудь, чем ничего.4

С другой стороны, как писал Л. Таубер, уступая требованиям жизни, и Правительствующий Сенат принужден был, вопреки точному смыслу закона, признать, что основанием для вступления в (уголовное — И.С.) дело в качестве гражданского истца может служить не только вред материальный, понесенный лицом, но и вред моральный (например, решение Уголовного кассационного Департамента по делу Миронович 1885 г., заключение обер-прокурора А.Ф. Кони по делу Назарова. Судебные речи, стр. 657).1 Фойнидкий И.Я. говорил о неоднократности допущения гражданского иска на основании морального вреда для удовлетворения потребностей потерпевших в участии в деле вопреки общим началам гражданского законодательства (1869/274, 1873/622, 1896/14).2

Уголовно-процессуальное понятие «моральный вред»

Проблема потерпевшего является междисциплинарной областью, так как понятие вреда, являющегося основанием для признания лица таковым, есть понятие не процессуальное, а материально-правовое. Но мы не согласны с точкой зрения Яни П., Дубривного В.А. о том, что характер причиняемого вреда определяется видом общественных отношений, на который направлено посягательство, т.е. вред следует рассматривать в связи с охраняемым уголовным правом общественным отношением — объектом преступления. Как представляется, наступление вреда не зависит от квалификации преступления, и потерпевшему может быть одновременно причинен одним преступлением вред в любой форме. Следовательно, следует исходить из материального понимания вреда, причиненного личности или имуществу гражданина преступлением.

В настоящее время в гражданском праве сформулировано понятие морального вреда — это физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ). Данное определение стало предметом научной дискуссии. Мы не можем согласиться с мнением A.M. Эрделевского, СВ. Нарижного, Л.К. Труновой, Н.В. Кузнецовой, которые полагают, что правильным является определение содержания морального вреда через категории физических и нравственных страданий, под которыми следует понимать негативные ощущения (боль, удушье, головокружение, тошнота, зуд, жжение и т.д.) и переживания (обида, страх, возмущение, горе, чувство утраты и т.д.).2 В свою очередь, мы согласны с Малеиной М.Н., Михно Е.А., Брусницыным Л.В., которые полагают, что физические страдания являются составляющей другого вида вреда — физического, а собственно моральный вред выражается в причиненных нравственных переживаниях, которые могут заключаться страхе, унижении, беспомощности, стыде, в переживании иного дискомфортного состояния в связи с утратой родных, невозможностью продолжить активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением сведений, не соответствующих действительности, временным ограничением или лишением каких-либо прав и др.

С указанных позиций психический вред, причиненный потерпевшему, оценивается по результатам преступного посягательства в зависимости от того, насколько он отразился на внутренней, душевной сфере потерпевшего. Поэтому считаем точку зрения A.M. Эрделевского о том, что для определения размера компенсации следует учитывать не вид (характер) нравственных или физических страданий, а характер и значимость тех нематериальных благ, которым причинен вред, поскольку именно их характер и значимость для человека и определяют величину причиненного морального вреда,1 ошибочной. По нашему мнению, идею о соотносимости вида правонарушения и страдания нельзя понимать по принципу стимул — реакция: преступное нарушение неимущественного права и умаление иного нематериального блага обязательно влечет за собой возникновение страданий. Такое понимание вреда не учитывает роль такого промежуточного звена, как личность с ее социальным опытом.

Закон (ст. 151, 1101 ГК РФ) требует при назначении денежной компенсации за перенесенные страдания учитывать степень (характер) страданий. Как разъясняет Пленум Верховного Суда РФ в п. 8 постановления № 10 от 20.12.1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства компенсации морального вреда», степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Таким образом, вред психическому благополучию личности преступление может причинить при взаимодействии факторов внешних и внутренних условий. Среди внешних условий ведущую роль играет основной причинный фактор — психотравмирующее воздействие, т.е. преступное посягательство, а также определенная роль принадлежит неблагоприятным микросоциальным и бытовым домашним условиям, особенно у несовершеннолетних. Фактором внутренних условий являются, во-первых, личная значимость психотравми-рующего воздействия, а также индивидуальные особенности личности. Под индивидуальными особенностями личности, учитываемыми при определении характера (степени) страданий, следует понимать предрасположенность, особую чувствительность человека к определенному типу воздействия: инертность психических процессов, подверженность фиксации на проблемах и трудностях при длительном переживании отрицательных эмоций в связи с этим и к широким спектрам житейских проблем, склонность принимать все близко к сердцу, эмоциональная нестабильность и т.д. Наша точка зрения основана на правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ в постановлении № 10 от 20 декабря 1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», который разъясняет, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная или семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с Законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Другие статьи:  Батуриной адвокат

Как видим, хотя Верховный Суд РФ в части первой определения раскрывает содержание морального вреда как нравственных или физических страданий, но во второй — объединяет их категорией нравственных переживаний.

Таким образом, понятия страданий, переживаний становятся центральными в определении морального вреда, но они являются традиционными категориями психологии. Так, по определению В.В. Романова, страдания — это чувства, эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие, здоровье.1

Из этого определения можно сделать следующие выводы. С психологической точки зрения содержание морального вреда в уголовном судопроизводстве составляют негативные эмоции (горе, печаль, чувство одиночества и утраты, отчаяние, обида, страх, тревога, ужас и т.д.), а внешнее воздействие, приведшее к страданиям, (преступное посягательство) следует рассматривать как событие, причинившее психическую травму человеку. Таким образом, психические травмы, возникающие вследствие неблагоприятных обстоятельств, всегда сопровождаются отрицательно окрашенными эмоциями.

Гражданские истцы по требованиям о компенсации морального вреда

Вопрос о субъектах, которые для защиты нарушенных преступлением благ и интересов могут признаваться гражданскими истцами при заявлении исков о компенсации неимущественного вреда в порядке уголовного судопроизводства, нельзя отнести к числу простых.

Авторы, исследовавшие проблему гражданского иска в советский период, справедливо отмечали, что понятие «потерпевший» шире понятия «гражданский истец», т.к. всякий гражданский истец есть в то же время потерпевший, но не всякий потерпевший может быть гражданским истцом. Но с допущением денежной компенсации морального вреда можно говорить о тождественности этих понятий, так как потерпевший приобрел право на заявление и поддержание гражданского иска во всех случаях причинения ему имущественного, физического и морального вреда.

Однако лицо, ведущее производство по делу, обязано признать лицо, которому причинен моральный, физический или имущественный вред, потерпевшим при наличии достаточных оснований полагать, что лицу причинен какой-либо вред и без наличия соответствующего волеизъявления лица. В то же время лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, признается гражданским истцом при наличии гражданского иска, то есть материально-правовых требований. Тем самым мы имеем дело с императивной нормой в отношении признания лица потерпевшим, и диспозитивнои в отношении права лица предъявить гражданский иск в уголовном процессе, позволяющей пострадавшему распоряжаться предоставленными ему законом правами по своему усмотрению.

Высказанное положение согласуется и с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 21 июня 2001 г. № 109-0 по жалобе фирмы «Swig group inc.» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 137 УПК РСФСР, о том, что лицу, полагающему, что преступлением ему был причинен моральный, физический или материальный вред, но не признанному гражданским истцом по уголовному делу, должна быть обеспечена возможность обжалования в суд постановления органа предварительного расследования об отказе в признании гражданским истцом. Тем самым Конституционный Суд подчеркивает, что предъявление гражданского иска лицом, потерпевшим от преступления, является его правом, и действия должностных лиц, препятствующих реализации данного права и иных сопутствующих прав, могут быть обжалованы в суд заинтересованным лицом.

Однако УПК РФ указывает, что гражданским истцом является физическое или юридическое лицо при наличии оснований полагать, что непосредственно преступлением ему нанесен имущественный вред, и предъявившее требование о его возмещении. Гражданский истец может предъявить иск и для имущественной компенсации морального вреда. О признании гражданским истцом дознаватель, следователь, прокурор и судья выносят постановление, а суд определение (ст.44).

Представляется необоснованным подобное разделение требований о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда. Тем более, что лицо, предъявившее требование, сначала признается гражданским истцом и с момента признания его таковым участвует в процессе в качестве гражданского истца. Таким образом, исходя из ст. 44 УПК РФ, гражданским истцом может быть признано только лицо, потерпевшее имущественный вред, и только оно с момента его признания гражданским истцом может предъявить иск о компенсации морального вреда, причиненного ему нарушением исключительно имущественных прав.

При этом непонятно различие процессуальных фигур потерпевшего и гражданского истца. Статья 42 УПК РФ устанавливает, что потерпевшему обеспечивается возмещение материального вреда, причиненного преступлением (ч.З), даже без предъявления соответствующего требования. Часть 4 ст.42 УПК РФ указывает, что только по иску потерпевший вправе потребовать возмещения материального вреда в денежном выражении, размер которого определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства. Но ранее процитированная статья 44 УПК РФ устанавливает, что иск о компенсации морального вреда может предъявлять только гражданский истец. В то же время не всякий потерпевший, заявивший требование в порядке ч.4 ст.42 УПК РФ, может быть признан гражданским истцом, т.к. им признается согласно ст.44 лицо, потерпевшее имущественный вред непосредственно от преступления.

Как представляется, нормы вновь принятого кодекса нуждаются в уточнении, т.к. подобные противоречия в практике могут привести фактически к отказу от разрешения гражданских исков о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в рамках уголовного судопроизводства. Т.е. наряду с формулировкой: «Лицо в уголовном процессе признается потерпевшим при наличии оснований полагать, что ему непосредственно преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред или вред деловой репутации», — должна присутствовать норма, согласно которой «при наличии оснований полагать, что преступлением или общественно опасным деянием невменяемого лицу причинен материальный и (или) неимуществен ный вред, и если им предъявлено требование о возмещении вреда, оно признается гражданским истцом».

Предлагаемая нами формулировка нормы закона содержит союз «и (или)» и позволяет, таким образом, предъявлять потерпевшему требования о компенсации морального вреда как наряду с возмещением материального вреда, так и самостоятельно.

Однако в практике возникла проблема компенсации потерпевшему неимущественного вреда, возникшего в результате посягательства на имущественные права граждан.

По мнению В.А. Дубривного, отличительным признаком морального вреда выступает причинение лицу преступным посягательством нравственных страданий. Такие последствия, по мнению автора, могут наступить при оскорблении лица, унижении его достоинства, дискредитации, при покушении на жизнь и здоровье человека или на его имущественные права (разрядка моя — И.С.). Но ст. 53 УПК РСФСР, наряду с моральным вредом, в качестве основания признания потерпевшим предусматривала физический или имущественный вред. Шешуков М.П. высказал мнение, что применение в тексте нормы разделительного союза «или» означает, что закон учитывает возможность причинения одного из названных видов вреда, например, причинение только имущественного вреда.

Иными словами, при таком делении вреда в соответствии с непосредственным объектом посягательства должна была сложиться практика, что результатом посягательства на личность человека может быть только неимущественный вред, а последствием нарушения имущественных благ — только имущественный вред. Данная точка зрения ошибочна, т.к. искажает употребление разделительного союза «или», саму направленность деяния, закрывает путь для признания нравственных страданий, причиняемых потерпевшему любым преступлением, независимо от квалификации, объектом защиты в уголовном процессе. С этих позиций редакция ст. 42 УПК РФ более отвечает интересам потерпевших, так как перечисляет основания для признания потерпевшим через запятую. И лицо, признанное потерпевшим по любому из оснований, вправе предъявить иск о компенсации морального вреда в порядке части 4 статьи 42 УПК РФ. Данное положение полностью согласуется с п. 1 ст. 1064 ПК РФ, согласно которому вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, то есть характер вреда определяется не по непосредственному объекту посягательства, а по результатам последнего в зависимости от того, в какой мере результат посягательства отразился на имущественной или моральной сфере потерпевшего.

Доказывание гражданского иска о компенсации морального вреда в стадии предварительного расследования

Теория доказывания имеет комплексный, междисциплинарный характер, и разработка ее должна осуществляться методами и средствами уголовного процесса, криминалистики и ряда родственных наук — судебной психологии, судебной медицины и др.1

Согласно п. 4 ст. 68 УПК РСФСР при производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подлежали доказыванию характер и размер ущерба, причиненного преступлением. Это дало основание Эрделевскому A.M. утверждать, что размер компенсации морального вреда, в отличие от размера имущественного ущерба, не входит в предмет доказывания по уголовному делу.2 Аналогичное мнение высказал и Нарижний СВ.3

Сейчас иное правило устанавливает п.4 ч.1 ст.73 УПК РФ, согласно которому при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением. Полагаем данное нововведение УПК РФ обоснованным. Как указал Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 10 от 20.12.1994 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда»: «Применительно к ст. 29 УПК РСФСР потерпевший вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу». Подобная формулировка давала основания и прежде распространять нормы о доказывании материального ущерба, причиненного преступлением, на компенсацию морального вреда в той мере, в какой они не противоречат сущности этого института. Следовательно, наличие вреда, причиненного преступлением, как имущественного, так и неимущественного характера, подлежит доказыванию при производстве по уголовному делу.

Но применительно к неимущественному вреду следует говорить не об установлении размера вреда, а о влиянии последствий преступления психического характера на личность и жизнедеятельность потерпевшего, т.е. подлежит установлению степень (интенсивность) страданий человека.

Таким образом, п.4 ч.1 ст.73 УПК РФ следует изложить в следующей редакции: «При производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подлежат доказыванию:

4) характер причиненного преступлением вреда, размер материального ущерба и (или) степень вреда, причиненного здоровью, или морального вреда».

Данная формулировка лучшим образом обеспечит защиту интересов потерпевшего, который получит существенную помощь со стороны органов, осуществляющих уголовное преследование, так как «обязанность доказывания гражданского иска и его размера возлагается на государственные органы, ведущие производство по уголовному делу».1

Одним из основных вопросов, связанных с компенсацией морального вреда, являются основания ответственности за причинение такого вреда. В уголовном судопроизводстве, по мнению Эрделевского A.M., необходимыми условиями наступления гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда являются: — наличие морального вреда, т.е. физических или нравственных страданий потерпевшего; — противоправное действие причинителя вреда, нарушающее личные неимущественные права потерпевшего либо посягающее на принадлежащие ему другие нематериальные блага; — наличие причинной связи между противоправным действием и вредом; — вина причинителя вреда.2

Как указывает Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 10 от 20.12.1994 г. о том, что суду необходимо также выяснить, чем подтверждается (подчеркнуто мной — И.С.) факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Отсюда следует говорить, что вся совокупность обстоятельств, влекущих применение гражданско-правовой ответственности за причинение неимущественного вреда, подлежит доказыванию при производстве по уголовному делу.

Однако A.M. Эрделевский предлагает применять принцип презумпции причинения морального вреда неправомерным действием. Указанный автор формулирует этот принцип следующим образом: «Любое физическое лицо, в отношении которого совершено неправомерное деяние, признается потерпевшим моральный вред, если совершивший деяние не докажет обратное».3 Обосновывается данное утверждение тем, что это существенно упрощает позицию потерпевшего и в то же время эту презумпцию правонарушитель может опровергнуть. Например, клеветник вправе ссылаться на неспособность потерпевшего осознавать позорящий характер распространяемых о нем сведений и будет освобожден от ответственности за причинение морального вреда, доказав это обстоятельство.1 Эрделевский A.M. провозглашает: «. Поэтому заявление истца о том, что он претерпел физические или нравственные страдания, является прямым доказательством факта причинения морального вреда, а оценка этого доказательства -прерогатива суда. Прямых доказательств противоположного ответчик, естественно, представить не может. Показания свидетелей и заключение эксперта могут являться лишь косвенными доказательствами причинения морального вреда. Таким образом, суд имеет возможность применять принцип презумпции причинения морального вреда в процессе осуществления предоставленных ему законом полномочий в отношении оценки доказательств».2 Нарижний СВ. дополняет, что от потерпевшего будут зависеть результаты рассмотрения предъявленного им гражданского иска о компенсации морального вреда. В частности, в своем исковом заявлении потерпевший должен четко указать, какие его неимущественные права были нарушены совершенным преступлением, в чем конкретно выражается моральный вред.3

Предложение ввести в законодательство принцип презумпции причинения неимущественного вреда нашло множество сторонников в научной среде. Так, соглашаясь с предложением A.M. Эрделевского, Кузнецова Н.В. пишет: «Принципиальных возражений по этому вопросу нет: оно не противоречит презумпции невиновности обвиняемого, поскольку имеют место не уголовные, а гражданские правоотношения».4 А.Г. Финогенов считает, что имеются все основания при причинении преступлением потерпевшему материального ущерба всегда презюмировать и наличие морального вреда.3 По мнению Нарижного СВ., Шевчук С.С, Турецкого Е.Ю., принцип презумпции причинения морального вреда должен быть законодательно закреплен.6

Однако следует говорить о противоречии принципа «презумпции» причинения морального вреда принципу равноправия стороны обвинения и защиты перед судом (ч. 4 ст. 15 УПК РФ).