Договор купли-продажи имущественных прав требования

Купля-продажа имущественных прав

Вопрос-ответ по теме

Между двумя компаниями (ЗАО — цедент, ООО — цессионарий) заключен договор цессии. Предмет договора — уступка прав требования по исполнительным листам. В настоящее время цедент (ЗАО) пытается в суде оспорить сделку из-за того что она является крупной и подлежала одобрению единственным участником ЗАО. Вопросы. 1.Может ли цессионарий (ООО) уступить полученное по договору цессии право другому лицу, заключить договор цессии с другим контрагентом? 2. Если суд признает недействительной первоначальную цессию, то будут ли недействительными последующие цессии, заключенные ООО с другими лицами, если их предметом является передача одних и тех же прав требования по исполнительным листам?

Сама по себе цессия не является отдельным видом договора. Указанные правоотношения регулируются обычными нормами купли-продажи имущественных прав (см. Постановление АС СЗО от 05.06.2015 № А66-7492/2014). То есть как формально, так и фактически речь идет всего лишь о продаже долга. Ограничение его перепродать (переуступить) еще раз нет.

Один из признаков крупной сделки ее стоимость, не менее 25 процентов балансовой стоимости активов общества на последнюю отчетную дату. Цессия может быть крупной сделкой.

Но положения ст. 166 ГК РФ теперь исключают возможность влияния внутрикорпоративных проблем организации на ее внешнюю деятельность, так как не позволяют признавать сделки недействительным после их исполнения. То есть чтобы выиграть процесс истцу нужно будет доказать, что цессионарий знал о том, что сделка является крупной.

Общие имущественные последствия признания сделки недействительной раскрыты в рекомендации: Что нужно проконтролировать в ходе двусторонней реституции. И вполне возможно ситуация, когда за признанием сделки недействительной стоит невозможность реституции, т.к. товар (или имущественные права) были уже проданы третьим лицам.

Обоснование данной позиции приведено ниже в материалах «Системы Юрист».

9. Нарушение корпоративных процедур. Организация-контрагент может оспорить сделку по этому основанию только в том случае, если нарушение в процессе заключения сделки допустила сама эта организация (ее исполнительный орган).

Часто такое оспаривание происходит в случаях корпоративных конфликтов. Например, новый директор организации приходит к выводу, что предыдущий директор заключил сделку с превышением полномочий или с нарушением корпоративных процедур. И обращается в суд, чтобы оспорить такую сделку, подозревая, что прежний директор действовал в сговоре с контрагентом.

В таких ситуациях алгоритм защиты заключенной сделки будет таким же, как в случае, когда на эти основания ссылается не сама организация-контрагент, а ее участники или учредители (см. подробнее Что делать, если сделку с контрагентом пытаются оспорить в суде третьи лица).* Единственное исключение состоит в том, что если иск предъявляет сам контрагент, а не его учредитель, то можно использовать дополнительный способ защиты – сослаться на то, что контрагент действовал недобросовестно (см. ниже).

Как доказать, что контрагент, оспаривающий сделку, действует недобросовестно

Стороне, которая хочет защитить сделку от оспаривания контрагентом, пригодятся два новых правила, закрепленных в Гражданском кодексе РФ:

 «Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли» (абз. 4 п. 2 ст. 166 ГК РФ);

 «Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки» (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Таким образом, в арсенале юриста, защищающего сделку, появилось два новых инструмента.

Во-первых, можно заявить, что контрагент не может оспаривать сделку, так как начал ее исполнять или сам принял исполнение.

К поведению, которое давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки, можно отнести не только ее фактическое исполнение. Это могут быть, например, и письменные уверения о готовности исполнять сделку, и иные действия, которые суд расценит в данном качестве. Фактическое исполнение сделки имеет смысл особо выделить по двум причинам:

 во-первых, оно явно подпадает под приведенные выше формулировки («из поведения явствует воля сохранить силу сделки» и «поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки»);

 во-вторых, именно оспаривание исполненных (или частично исполненных) сделок в настоящее время влечет значительные убытки для добросовестных участников оборота.

Во-вторых, можно заявить, что контрагент ссылается на то основание недействительности, о котором знал или должен был знать при заключении и исполнении сделки.

Как именно эти положения будут применяться, покажет судебная практика. Можно предположить, что суды выработают правовые позиции относительно того, в каких случаях ссылка на указанные обстоятельства будет наиболее эффективна и какие именно факты нужно будет представить в качестве доказательств. Пока же стороне, желающей защитить заключенную сделку, имеет смысл приводить как можно больше обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестности контрагента, оспаривающего эту сделку.

§ 1. Продажа имущественных прав. Мена

В соответствии с п. 4 ст. 454 ГК РФ положения § 1 гл. 30 Кодекса относительно купли-продажи «применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания и характера этих прав».

Второй вывод состоит в том, что имущественное право, вполне удовлетворяя характеристикам объекта правоотношения, может выступать в качестве некоего аналога товара в отношениях по купле-продаже.

Отнесение прав к числу объектов продажи далеко не случайно и имеет как историческое, так и теоретическое основание. Корни подобного понимания мы найдем еще в римском праве, которое на поздних этапах своего развития придерживалось весьма широкого понимания объектов продажи, включая в их число и бестелесные вещи, то есть права. Многие иностранные законодательства также прямо называют в числе предметов, которые могут отчуждаться по договору купли-продажи, имущественные права. Так, по праву ФРГ и Японии предметом договора купли-продажи могут быть права требования (§ 433 ГГУ, § 555 ЯГК)277. Гражданский кодекс Франции в рамках купли-продажи (ст. 1689-1695) также регулирует передачу права требования, однако это не означает, что передача требования не может быть произведена в силу другого правового основания278.

Русское дореволюционное право относило к числу возможных объектов купли-продажи исключительно вещи. Поскольку в законодательстве того времени купля-продажа вообще рассматривалась не в качестве договора, а в качестве способа приобретения прав на имущества, а возможность существования прав на права большинством ученых отрицалась, указанный подход вйолне объясним. Но уже в проекте Гражданского уложения содержалось правило о том, что правила о купле-продаже применяются и к отчуждению прав, в том числе к уступке прав (ст. 198). Первый советский Гражданский кодекс, во многом основанный на нормах проекта Гражданского уложения, в ст. 180 в качестве предмета договора купли-продажи называл имущество. Основываясь на значении термина «имущество» как включающего в том числе и права, ученые относили их к возможным объектам продажи279. Кроме того, ст. 202 ГК РСФСР и соответствующие статьи гражданских кодексов других союзных республик прямо предусматривали куплю-продажу долгового требования или другого права. Иными словами, названные статьи устанавливали применение правил ГК о договоре купли-продажи к отношениям по возмездной уступке требований и возмездной передаче других прав. Однако реальное действие этих норм, берущих свое происхождение из текста проекта Гражданского уложения Российской империи, фактически было парализовано вследствие ограничительного толкования закона, что позволяло ученым констатировать: «Случаи продажи права требования современному гражданскому обороту СССР неизвестны»280. Фактически предмет договора купли-продажи выражался исключительно в виде вещей, призванных удовлетворять личные потребности граждан281.

ГК РСФСР 1964 г. в ст. 237 сохранил определение предмета договора купли-продажи как имущества, однако свел понимание этого термина в данном случае исключительно к вещам. Таким образом, права из числа возможных объектов продажи были исключены, и в научной литературе прочно утвердилось мнение о том, что возможными предметами данного договора могут быть только вещи, да и то не все282.

Новый Гражданский кодекс, распространяя нормы купли- продажи также и на случаи отчуждения имущественных прав, по сути лишь продублировал те положения, которые ранее уже содержались в проекте Гражданского уложения.

Заметим, что и судебная практика постепенно начинает воспринимать положения о применимости норм договора купли- продажи к отчуждению обязательственных прав: «Законодатель, регламентируя возможность передачи прав (требований) по сделке, не определил вида договора, по которому эта передача происходит. Поэтому договор купли-продажи может служить основанием передачи прав (требований). В данном случае имеет место возмездная цессия. Кроме того, пунктом 4 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что Общие положения о купле-продаже применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

Поэтому вывод, содержащийся в оспариваемых судебных актах в части признания продажи права (требования) противоречащим правовой природе параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ошибочным»283.

Основной проблемой при анализе отношений, возникающих в связи с продажей имущественных прав, является выявление тех норм Кодекса о договоре купли-продажи, которые могут быть применимы к продаже имущественного права. Обозначив эти нормы, мы соответственно определим и базовое правовое регулирование возмездного отчуждения имущественного права в обмен на денежные суммы.

Другие статьи:  Mortal kombat x 2019 требования

Важно отметить тот факт, что продажа имущественного права обладает рядом специфических особенностей, которые касаются в том числе и юридической характеристики этого договора. ^Если договор купли-продажи в силу самого своего определения подразумевает обязанность продавца передать продаваемую вещь, то при продаже права действий по его передаче не требуется. Как уже было установлено, право переходит к новому обладателю в момент заключения соответствующего договора, лежащего в основе перехода права (если иной момент не определен сторонами), а уведомление должника носит лишь информационный характер и не влияет на момент перехода права.

Значит ли это, что договор продажи права утрачивает свой консенсуальный характер? Думается, нет. Ведь стороны в догово- ре могут оговорить любой срок, когда право считается переданным, а исходя из ст. 455 ГК, если такой договор точно определяет продаваемое право, то он может считаться заключенным, даже если само право к покупателю еще не перешло. Это же положение позволяет безусловно исключить из числа подлежащих применению относительно продажи прав нормы Кодекса, относящиеся к передаче вещи.

Что же касается перечня прав, которые могут быть предметом рассматриваемого договора, то к ним следует отнести обязательственные права требования, а также долю в праве собственности (как исключительный случай). Спорным является вопрос относительно возможности применения правил о купле-продаже к обороту исключительных прав, поскольку специальное законодательство на сегодняшний дець устанавливает особый порядок оформления сделок по их отчуждению (авторский договор и т.д.). С точки зрения унификации права, теоретически к, отчуждению данных прав все же возможно применять нормы о купле-продаже, но этот вопрос, по нашему мнению, требует прямого законодательного решения.

Поскольку предмет договора всегда является его существенным условием, при продаже права требуется точно указать, какое именно право передается по договору. Мы полностью согласимся с высказанным в литературе мнением о том, что для идентификации отчуждаемого права достаточно, как правило, указать кредитора и должника по обязательству, основание возникновения требования, предмет и содержание права требования. При уступке права допустимо указание и на судебное решение, исполнительный лист, подтверждающий соответствующее право284. В любом случае условия договора должны давать основания для четкого и однозначного выделения из всего состава различных субъективных прав, принадлежащих цеденту, тех из них, которые являются предметом уступки.

Перейдем к рассмотрению содержания договора продажи имущественного права, прежде всего права обязательственного.

Первоначально остановимся на обязанностях продавца.

В соответствии с п. 2 ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю документы, относящиеся к предмету договора.

С нашей точки зрения, указанная норма в точности корреспондирует обязанности цедента, установленной п. 2 ст. 385 ГК РФ. Кроме того, норма ст. 456 ГК имеет конкретизирующее значение, поскольку определяет момент передачи соответствующих документов, который приурочен к моменту перехода продаваемого права. Соответственно, при неисполнении продавцом своей обязанности покупатель может воспользоваться правами, предусмотренными ст. 464 Кодекса. Единственная особенность в применении этой статьи, на наш взгляд, заключается в том, что покупатель вправе отказаться не от товара, как это указывается в п. 2 ст. 464 ГК, а от исполнения договора вообще, поскольку отказ от товара при его продаже, как правило, влечет отказ от самого договора.

Определенный интерес вызывает возможность применения к отношениям по продаже имущественного права ст. 460 Кодекса, в ; соответствии с которой продавец обязан передать покупателю J товар, свободный от прав третьих лиц. Говорить о возможности существования прав третьих лиц на продаваемое право практически невозможно в силу уже отмеченной нами критики концепции «право на право». Однако для покупателя имущественного права далеко не маловажной является возможность осуществить приобретенное право, вероятность чего в значительной степени снижается, если, например, продаваемое право уже заложено третьему лицу. В этой связи нам представляется возможным применять положения ст. 460 ГК и относительно продажи имущественного права. При ином решении мы заведомо ухудшаем положение приобретателя права по сравнению, например, с приобретателем вещи, что не может быть признано обоснованным ни с позиции закона, ни с точки зрения науки. Таким образом, на продавце имущественного права лежит обязанность сообщить покупателю права сведения о наличии прав третьих лиц, влияющих на возможность его осуществления. При неисполнении этой обязанности покупатель, не знавший о наличии прав третьих лиц, может воспользоваться правами, предусмотренными абз. 2 п. 1 ст. 460 ГК. ;

На этом перечень норм гл. 30, регулирующих обязанности продавца имущественного права, фактически исчерпывается. Перейдем к рассмотрению обязанностей покупателя.

Во-первых, необходимо признать, что покупатель в данном > случае, по общему правилу, не несет обязанности по принятию , переданного товара, как это формулируется в определении договора купли-продажи и в ст. 484 ГК. Соответственно, основной его обязанностью является оплата покупаемого права по установленной в договоре цене. В соответствии со ст. 485 ГК РФ, если договором не определена цена имущества, она может определяться по правилам п. 3 ст. 424 Кодекса. Вместе с тем определение цены продаваемого права исходя из цен, «которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные товары, работы или услуги», может представлять значительные трудности.

Относительно момента оплаты права представляется возможным руководствоваться правилами ст. 486 Кодекса, в соответствии с которой момент исполнения обязанности оплатить товар приурочен к моменту передачи товара. Если применять данное правило к продаже права, когда договором не определен момент его перехода на покупателя, то момент оплаты товара будет совпадать с моментом заключения договора, что с практической точки зрения порождает некоторые неудобства. Нам представляется в данном случае более целесообразным руководствоваться правилом ст. 314 Кодекса, которая устанавливает разумный срок для исполнения обязанности по оплате, а течение этого срока должно начинаться при указанных условиях в момент заключения договора продажи права.

Нельзя не заметить, что само по себе указание на наличие обязанности покупателя оплатить передаваемое право еще ничего не добавляет к характеристике его обязанностей, поскольку эта обязанность может быть также выведена и из презумпции возмездно- сти гражданских правоотношений, без обращения к специальным нормам о продаже. Более важным является анализ отдельных вариантов исполнения данной обязанности.

В договоре о продаже права может содержаться условие как о предварительной оплате, так и об оплате в кредит, в том числе в рассрочку. К возникающим в таком случае правоотношениям, по нашему мнению, допустимо применять правила ст. 487-489 Кодекса, однако с некоторыми особенностями. Так, в соответствии с п. 2 ст. 387 ГК при неисполнении покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные ст. 328 ГК «Встречное исполнение обязательств». С нашей точки зрения, в данной ситуации особенность применения ст. 328 ГК состоит в том, что в случае неисполнения обязательства по предварительной оплате продаваемого права продавец вправе отказаться от исполнения договора. В случае же, когда предварительная оплата внесена не полностью, Кодекс дает продавцу вещи право приостановить исполнение или отказаться от исполнения^ части, соответствующей непредоставленному исполнению. Применение этого правила относительно продажи имущественных прав вызывает значительные трудности, и нам кажется, что оно по своему характеру не пригодно к регулированию отношений по обороту прав. Поэтому при составлении договоров о продаже права с условием о предварительной оплате можно рекомендовать приурочивать момент перехода права к покупателю к моменту исполнения им обязанности по предварительной оплате, а не к конкретному сроку. Что же касается положений ц. 3 и 4 ст. 487 ГК, то они, как думается, к отношениям по отчуждению имущественных прав неприменимы.

Другая ситуация складывается при продаже права в кредит (п. 1 ст. 488 ГК). Из числа норм, безусловно не подлежащих применению к данному случаю, следует указать на п. 2 ст. 488 ГК.

Иные положения могут быть применены с некоторыми уточнениями. Так, часть 3 указанной статьи предоставляет продавцу право при неисполнении покупателем обязанности по оплате товара потребовать оплаты товара или его возврата. Нам представляется, что право требовать возврата проданного права у продавца отсутствует. Вместе с тем к продаже прав подлежат безусловному применению правила п. 4 и 5 ст. 488 ГК относительно начисления процентов на просроченные суммы и наделения продавца правом залога в отношении перешедшего к покупателю, но не оплаченного им права. Что касается положений ст. 489 ГК, которая регулирует продажу товара в рассрочку, то положения п. 2 данной статьи должны применяться с учетом высказанных ранее соображений, остальные ее предписания для регулирования отношений по отчуждению имущественных прав вполне могут быть использованы.

Приведенный анализ не исчерпывает правовое регулирование отношений по продаже имущественных прав. Значительной спецификой обладает продажа «корпоративных» прав. В частности, в ряде случаев при отчуждении участником юридического лица принадлежащего ему в отношении этого юридического лица права применяется правило преимущественной покупки, то есть устанавливаются дополнительные гарантии для других участников юридического лица либо для самого юридического лица (п. 2 ст. 85, п. 2 ст. 93, п. 2 ст. 97, п. 3 ст. 111 ГК РФ, п. 4 ст. 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»287, п. 3 ст. 7 Федерального закона «Об акционерных обществах», п. 4 ст. 9 Федерального закона «О производственных кооперативах», п. 5 ст. 16 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации»288).

Одним из договоров, непосредственно связанных с договором купли-продажи, является договор мены. Связанным настолько, что у римлян вопрос об их разграничении вызывал серьезные споры. На сегодняшний день Гражданский кодекс рассматривает мену как самостоятельный договор, одновременно указывая, что к нему применяются правила о купле-продаже, если это не проти- воречит правилам гл. 31 Кодекса и существу мены. Стоит заметить, что наше законодательство не одиноко в подобном подчинении мены правилам о продаже. Так, Германское Гражданское уложение в параграфе 515 содержит норму, согласно которой «в отношении мены соответственно применяются предписания о купле-продаже», которая является единственной в подразделе, посвященном мене289. Ст. 1798 Гражданского кодекса Квебека также распространяет на мену правила относительно договора продажи, которые применяются, если иное не установлено нормами о мене290.

Другие статьи:  Форма 6 заявление о снятии с регистрационного учета по месту жительства

Сходство мены и продажи отмечалось также русскими цивилистами, которые видели основное отличие между этими договорами в том, что по договору мены «вещь обменивается на вещь, а не на деньги, как в купле-продаже»291. В советское время Гражданский кодекс 1922 г. в ст. 206 и 207, а Кодекс 1964 г. в ст. 255 также распространяли на мену правила договора купли-продажи.

В связи с таким значительным проникновением норм о купле- продаже в меновые отношения возникает вопрос, может ли выступать в качестве предмета договора мены имущественное право, иначе говоря, применимы ли положения о договоре мены к отношениям, когда имущественное право передается в обмен не на денежные суммы, а на иной эквивалент в виде вещи, другого права и т.д. В научной литературе на данный счет высказаны совершенно противоположные взгляды. Так, Б.Я. Полонский исключает имущественные права из круга возможных объектов мены: «Закон говорит о том, что предметом договора мены является товар. Учитывая, что к договору мены применяются соответственно правила Ч) купле-продаже, а статьи 454 и 455 ГК отождествляют понятия товара и вещи, можно сделать вывод о том, что и для договора мены эти понятия совпадают»292.

Аналогичной позиции придерживается и В.В. Витрянский, который указывает, что «положения ГК РФ о договоре мены (гл. 31) не включают в себя норму, распространяющую их действие на сделки, по которым стороны взаимно уступают друг друїу имущественные права, аналогичную норме общих положений о договоре купли-продажи (п. 4 ст. 454 ГК РФ). »293.

Иное мнение у И.В. Елисеева, который считает, что «из содержания главы 31 ГК невозможно усмотреть прямого запрета договоров мены имущественных прав. Пункт 2 ст. 567 ГК по вопросам регулирования мены отсылает к правилам о купле-про- даже, если таковые не противоречат ст. 567-571 ГК и существу мены. Эта отсылка относится и к п. 4 ст. 454 ГК, включающему в предмет купли-продажи имущественные права. Сама по себе мена имущественных прав не противоречит природе договора мены, и его заключение следует считать возможным. Отсюда можно сделать вывод и о допустимости мены вещи на имущественное право»294. Возможность использования конструкции мены для оформления оборота обязательственных требований признает и Л.А. Новоселова295.

Последняя точка зрения нам представляется более обоснованной. Если принять как верное мнение о том, что отчуждение имущественных прав взамен на предоставление иное, нежели денежное, не подпадает под действие норм о мене, то мы вынуждены будем признать и тот факт, что «всякая возмездная уступка имущественных прав (цессия) является их продажей»296, между тем как продажа, что отмечается всеми учеными, предполагает наличие именно денежного эквивалента продаваемого имущества. Даже если признать, как это делается высшими судебными органами, что предметом договора мены не могут быть имущественные права297, то в соответствии с п. 2 ст. 421 ГК сторонам предоставлено право заключить любой договор, даже и не предусмот- ренный Гражданским кодексом. Такой договор «не только создает обязательство, но и определяет его содержание, и стороны свободны в формировании условий договора, а значит, и в определении содержания своих прав и обязанностей»298. Очевидно, что такой договор может предусматривать переход имущественного права взамен передачи вещи или иного права. Как указывается в научной литературе, к данного рода «непоименованным» договорам должны применяться «нормы сходного типа договоров»299. И единственным подходящим для реіулирования подобных отношений в нашем случае является договор мены. Таким образом, применение норм гл. 31 ГК относительно оборота имущественных прав представляется нам вполне возможным и допустимым. Естественно, что в силу прямого указания Кодекса к мене имущественных прав применяются уже указанные нами нормы, регулирующие продажу прав. Но нормы Кодекса о договоре мены также будут востребованы. Так, однозначному применению может подлежать правило ст. 568 ГК, согласно которому «товары, подлежащие обмену, предполагаются равноценными». Это означает, что при отсутствии в договоре каких-либо указаний относительно эквивалентности обмениваемого имущества никакие доплаты и т.п. не требуются. В случае же, если договором установлена неравноценность обмениваемого имущества, то в действие вступает п. 2 ст. 568 ГК.

Необходимо, однако, отметить некоторые нормы договора мены, которые к отношениям по обмену имущественных прав не могут применяться. Примером такой нормы выступает ст. 570 Кодекса. Нам представляется, что если в обмен на право передается вещь, то право собственности на нее у приобретателя возникает в соответствии с общими положениями части первой Кодекса, а именно ст. 223 ГК РФ. Если же право меняется на другое право, то в этом случае «речь идет о двойной цессии, которая регулируется нормами ГК РФ об уступке прав требования»3, а также обозначенными нами нормами о договоре мены.

В итоге несмотря на то, что количество норм гл. 31 Кодекса, применимых к регулированию оборота имущественных прав, чрезвычайно мало, тем не менее с теоретических позиций применение этих норм к отношениям оборота имущественных прав вполне оправдано.

Имущественные права цессия

Соотношение договора купли-продажи имущественного права и цессии, в чем отличия?

3 ответa на вопрос от юристов 9111.ru

Нельзя продать имущественное право по договору купли-продажи. Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю) , а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Соответственно, по ДКП можно продать только товар (вещь). В отличие от цессии, которая является предметом уступки права.

В этом и отличия.

Имущественное право— это право, направленное на получение определенного блага, в денежном эквиваленте.

Уступка денежного требования называется цессией.

Кредитор (цедент) передает лицу (цессионарию) право потребовать у своего должника денежные средства.

Если кредитор, приобрел денежное требование в результате уступки, он вправе переуступить его другому лицу или предъявить его к оплате должнику.

Предусмотрено ст. 389 ГК РФ, уступка требования оформляется в той же форме, в какой был заключен и первоначальный договор -сделка купли -продажи.

Соотношение договора купли-продажи имущественного права и цессии, в чем отличия?

—уступка денежного требования называется цессией. Первоначальный кредитор (цедент) передает другому лицу (цессионарию) право потребовать у своего должника денежные средства (или выполнить другие обязательства). Согласно договора цессии к должнику с требованием выполнить условия заключенной им сделки — передать право собственности на товар или результат работы — может обратиться и не то лицо, с которым был заключен договор, а совсем другое. И если новый кредитор предъявляет должным образом оформленные документы, подтверждающие перевод на него права требования долга, то должник обязан выполнить условия сделки и погасить свою задолженность уже новому лицу. При этом согласно п. 2 ст. 382 ГК РФ согласия должника, если это прямо не предусмотрено договором, не требуется.

В соответствии со ст. 389 ГК РФ уступка требования должна быть оформлена в той же форме, в какой был заключен и первоначальный договор (сделка).

—Статья 454 ГК РФ. Договор купли-продажи

1. По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

2. К купле-продаже ценных бумаг и валютных ценностей положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если законом не установлены специальные правила их купли-продажи.

3. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иным законом, особенности купли и продажи товаров отдельных видов определяются законами и иными правовыми актами.

4. Положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

5. К отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

Верховный суд искал сходство между договорами купли-продажи и цессии

Верховный суд разбирался, применимы ли к договору уступки права требования (цессии) положения ГК о договоре купли-продажи.

Компания «Директ-Лизинг» и «Волгоградский завод буровой техники» заключили договор, согласно которому последний должен был поставить три мобильных буровых установки. Этого не произошло, и на стороне завода возникло обязательство вернуть аванс. «Директ-Лизинг» уступил право требования аванса «Русскому розыскному бюро», но бюро не оплатило договор цессии. Несмотря на возражения «Директ-Лизинга», бюро уступило право требования Волгоградскому металлургическому комбинату «Красный октябрь». А тот, в свою очередь, заключил аналогичное соглашение с «Торговым Домом Металлургическим заводом «Красный Октябрь». По мере перехода прав требований в рамках банкротного дела завода (№ А12-18544/2015) осуществлялось процессуальное правопреемство организаций.

Другие статьи:  Куда нужно подавать на развод и какие документы нужны

«Директ-Лизинг» обратился в суд, полагая, что право требования находится у него в залоге в соответствии с п. 5 ст. 488 ГК (дело № А40-172921/2016). Три инстанции указали, что применение к соглашению об уступке положений о нахождении в залоге у продавца товара, проданного в кредит, в рассматриваемом случае невозможно, – это противоречит содержанию и характеру переданных имущественных прав. Кроме того, наличие права залога цедента не вытекает из первоначального соглашения об уступке. Суд в банкротном деле констатировал, что неоплата не является основанием для признания уступки несостоявшейся.

В своей жалобе в Верховный суд компания указала, что уступка имущественных прав и купля-продажа имущественных прав являются идентичными понятиями, а потому к договору цессии должны применяться нормы п. 5 ст. 488 ГК. Также заявитель указывает, что неоплата является существенным нарушением условий договора уступки имущественного права. Последующие цессионарии – комбинат и торговый дом – не могут быть признаны добросовестными, так как были обязаны поинтересоваться о наличии оплаты по первой уступке.

Экономколлегия прислушалась к этим доводам, отменила решения нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в АСГМ.

ВС определил степень сходства договора купли-продажи и цессии

ВС РФ вынес определение по делу № А40-172921/2016 по вопросу влияния расторжения договора цессии на цепочку дальнейших сделок.

Общество и Завод заключили договор купли-продажи оборудования, за которое был передан аванс. Завод не выполнил свою часть сделки, в связи с чем должен был вернуть денежные средства Обществу. В свою очередь последнее, выступая в качестве цедента, передало право требования Бюро, которое по соглашению об уступке должно было выплатить Обществу 80% от уступленной суммы.

В дальнейшем по делу о банкротстве Завода в реестр требований кредиторов было включено требование Бюро по основному долгу и неустойке. Свои обязательства по оплате переданного права требования Бюро не исполнило, при этом оно уведомило Общество о решении передать право требования Комбинату. Несмотря на то что Общество с этим решением не согласилось, Комбинат получил это право и в скором времени передал его Торговому дому. Общество направило Бюро и Комбинату уведомления о своем несогласии, но они остались без ответа.

В связи с неоплатой соглашения об уступке Общество обратилось в арбитражный суд с иском к Бюро, Комбинату и Торговому дому о расторжении трех договоров цессии и истребовании из чужого незаконного владения права требования к Заводу долга и неустойки. Общество указало, что спорное требование находится у него в залоге в силу п. 5 ст. 488 ГК РФ.

Суды первой и апелляционной инстанций, а также суд округа отказали в удовлетворении требований. Разрешая спор, они отметили, что неоплата не является основанием для признания сделки недействительной, то есть по существу разрешили вопрос о квалификации сделки на предмет ее действительности, а не наличия оснований для расторжения. Таким образом, судами нижестоящих инстанций были рассмотрены не те требования, которые заявлены, что нарушает право истца на судебную защиту в части определения и формулирования предмета иска и свидетельствует о неправильном применении судами норм процессуального права, на что и указал ВС РФ.

Судебная коллегия по экономическим спорам пояснила, что требование истца необходимо разрешать с учетом положений п. 2 ст. 450 ГК РФ, так как в данном случае появилось основание для расторжения договора из-за существенного нарушения его условий одной из сторон. Также Суд разъяснил, что в части иска, касающейся лишения прав на спорное требование конечного цессионария, необходимо учитывать, что расторжение первого соглашения в цепочке сделок по уступке затрагивает только стороны такого соглашения и не должно отражаться на правах третьих лиц, в том числе последующих цессионариев.

Вместе с тем Суд сослался на п. 3 ст. 308 ГК РФ, в которой указано, что конкретные обязательственные условия предшествующих соглашений об уступке не должны затрагивать прав лиц, не являющихся сторонами данных соглашений, поскольку такие условия носят относительный характер и не могут связывать третьих лиц (исключение могут составлять случаи, когда последующие цессионарии являются недобросовестными). В результате ВС РФ определил отправить дело на новое рассмотрение, указав на необходимость оценить добросовестность Комбината и Торгового дома как последующих цессионариев, а также проверить и довод о совместном злоупотреблении Обществом и Бюро своими правами.

Партнер BMS Law Firm Денис Фролов считает, что это достаточно важное решение для практики, так как здесь разбирается вопрос влияния расторжения договора цессии на цепочку дальнейших сделок.

«Верховный Суд указывает, что расторжение первого соглашения в цепочке сделок по уступке затрагивает стороны такого соглашения и не должно отражаться на правах третьих лиц, в том числе последующих цессионариев. Исключение – когда последующие цессионарии являются недобросовестными, например, действуют согласованно с первым цессионарием. Суды при этом должны установить недобросовестность таких третьих лиц, иначе не будет оснований для принятия решения, которое может затрагивать их права», – пояснил эксперт. Денис Фролов добавил, что на практике это распространенная ошибка, так как суды часто неправильно разрешают подобные споры, например, принимая решения, которые затрагивают права дальнейших цессионариев, не имея никаких доказательств их недобросовестности.

Партнер группы правовых компаний «Интеллект-С» Александр Латыев сообщил, что определение повторяет довольно известные классические подходы, и отметил, что сделано это очень четко, уместно и качественно.

Он указал, что с 1 марта 1996 г. действует п. 4 ст. 454 ГК РФ, который распространяет правила о купле-продаже и на продажу имущественных прав (дополнительно о том, что эти правила могут применяться, сказал и Пленум ВС РФ в Постановлении № 54 от 21 декабря 2017 г., о котором ранее писала «АГ»); правила же о расторжении договоров (ст. 450 ГК) и об относительности обязательств (ст. 308 ГК) действовали и вовсе с 1994 г., и хотя в ходе реформы гражданского законодательства текст этих статей несколько изменился, глобальных изменений в их идеологии не произошло. «Коллегия Верховного Суда просто уместно применила их, заодно поправив истца, чьи исковые требования были сформулированы совершенно неправильно. Судьи ВС истолковали требования истца, установили их направленность и дали им надлежащую квалификацию», – оценил эксперт.

Александр Латыев также обратил внимание на указание нижестоящим судам при повторном рассмотрении оценить как добросовестность последующих приобретателей права, так и обратить внимание на их заявления о сговоре между истцом и первым цессионарием. «В этой части Судебная коллегия по экономическим спорам продолжает тенденцию по защите добросовестных участников оборота и отказу в защите недобросовестных лиц даже тогда, когда формально нормы закона этого не требуют», – пояснил он.

Также эксперт заметил, что без внимания остался довод истца о том, что до полной оплаты право требования находилось у него в залоге в соответствии с п. 5 ст. 488 ГК РФ. «Здесь Суд мог бы сказать хотя бы несколько слов, но, видимо, не без оснований посчитал, что выявление добросовестности или недобросовестности той или иной стороны при повторном рассмотрении дела полностью закроет все связанные с этим вопросы», – заключил Александр Латыев.

Преобретение жилья по договору купли-продажи имущественных прав

1- есть договор купли-продажи ИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ !

2-застройщик должен был сдать дом 6 месяцев назад, До сих пор не сдал.

3- Мы уже сделали ремонт. уже заселились с разрешения застройщика .

4- дом ещё НЕ СДАН ! ( это наши данные )

ВОПРОС — если подавать на суд . Есть ли шансы выиграть дело ?

Ответы юристов (5)

А с каким иском вы хотите обратиться в суд?

Уточнение клиента

Не своевременная сдача дома ( опоздали на 6 месяцев ) и ещё не извествно — сдан дом или нет

15 Ноября 2016, 17:36

Есть вопрос к юристу?

Я так понимаю, что Вы хотите зарегистрировать право собственности на эту квартиру? И в суд Вы хотите обращаться именно с иском о признании права собственности?

Для оценки перспектив иска необходимо ознакомиться с полным текстом договора, который Вы заключили.

Уточнение клиента

Добрый вечер, иск в суд — не своевременная сдача дома ( дом до сих пор не сдан ) просрочка 6 месяцев

15 Ноября 2016, 17:38

Как застройщик объясняет тот факт, что дом не сдан?

Уточнение клиента

ссылается на ЧС введеная в период с 25 ноября 2015 годя по 1 мая 2016 года

По договору ( он был заключён в декабре2015 года) сдача по договору 1 квартал 2016

По идее они должны были в договоре прописать что срок сдачи переносится — но такого нет

Значит заведомо нас обманывали ?!

15 Ноября 2016, 17:48

В указанный Вами период не производилась именно регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Ввод дома в эксплуатацию предшествует регистрации права собственности. Таким образом, застройщик вполне мог в первом квартале 2016 года произвести сдачу дома в эксплуатацию и подготовить все документы, необходимые для обращения в Госкомрегистр.
Для того, чтобы сделать вывод о наличии или отсутствии обмана, нужно посмотреть, как буквально сформулированы обязанности застройщика на первый квартал — сдать в эксплуатацию или сдать в эксплуатацию и зарегистрировать право собственности?

Т.е. речь идет о неустойке за просрочку сдачи? Если так, то да, можете.

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.